Шрифт:
– Вы так думаете? Розамунд красива – согласен. Но не сказал бы, что она блещет умом.
– Миссис Шейн не пытается выглядеть слишком умной, – кивнул Пуаро. – Но она знает, чего хочет. – Он вздохнул. – Увы, это знают немногие.
– А-а! – Майкл снова улыбнулся. – Вы имеете в виду малахитовый столик?
– Возможно. – Помолчав, Пуаро добавил: – И то, что было на нем.
– Восковые цветы?
– Совершенно верно.
Майкл нахмурился:
– Я не всегда понимаю вас, мсье Пуаро. Как бы то ни было, – улыбка засияла вновь, – я вам благодарен, что мы все очищены от подозрений. Мягко выражаясь, неприятно думать, будто один из нас прикончил бедного старого дядюшку Ричарда.
– Таким он вам показался, когда вы с ним познакомились? – осведомился Пуаро. – Бедным старым дядюшкой Ричардом?
– Ну, разумеется, он хорошо сохранился…
– И пребывал в здравом уме и твердой памяти?
– Конечно.
– При этом был очень проницательным человеком?
– Очевидно.
– И хорошо разбирался в людях?
Улыбка оставалась неизменной.
– С этим я едва ли могу согласиться, мсье Пуаро. Меня он не одобрял.
– Возможно, он считал, что вы не из тех, кто блюдет супружескую верность? – предположил Пуаро.
Майкл рассмеялся:
– Что за старомодная идея!
– Но это правда, не так ли?
– Интересно, что вы имеете в виду?
Пуаро соединил кончики пальцев.
– Понимаете, было проведено расследование, – пробормотал он.
– Вами?
– Не только мною.
Майкл бросил на него быстрый изучающий взгляд. Его реакции, подумал Пуаро, вообще отличаются быстротой. Майкл Шейн был далеко не глуп.
– Вы хотите сказать… что этим заинтересовалась полиция?
– Мнение об убийстве Коры Ланскене как о непреднамеренном преступлении их никогда не удовлетворяло.
– И они наводили справки обо мне?
– Они интересовались местопребыванием родственников миссис Ланскене в день ее гибели, – чопорно отозвался Пуаро.
– Это создает весьма неловкую ситуацию, – с чарующей откровенностью промолвил Майкл.
– В самом деле, мистер Шейн?
– Больше, чем вы в состоянии представить! Понимаете, я говорил Розамунд, что в тот день ходил на ленч с неким Оскаром Луисом.
– И это не соответствует действительности?
– В том-то и дело. Я ездил на машине повидать женщину по имени Соррел Дейнтон – довольно известную актрису. Я играл с ней в ее последнем спектакле. Полицию это, конечно, вполне удовлетворит, чего не скажешь о Розамунд.
– А! – Пуаро принял подчеркнуто скромный вид. – Из-за вашей дружбы возникли определенные неприятности?
– Да… Розамунд заставила меня пообещать, что я с ней больше не увижусь.
– Действительно, положение неловкое… Entre nous [43] , у вас была связь с этой леди?
– О, всего лишь одно из мимолетных приключений! Эта женщина для меня ничего не значила.
– Но вы что-то значили для нее?
– Ну, она бывала довольно утомительной… Женщины так привязчивы. Как бы там ни было, полицию это удовлетворит.
43
Между нами (фр.).
– Вы полагаете?
– Ну, я едва ли мог зарубить топором Кору, если в это время развлекался с Соррел за несколько миль от места преступления. У нее коттедж в Кенте.
– Понимаю. А эта мисс Дейнтон будет свидетельствовать в вашу пользу?
– Не то чтобы она была в восторге, но, так как это убийство, думаю, ей придется это сделать.
– Возможно, она сделает это, даже если вы не развлекались с ней?
– О чем вы? – Майкл внезапно стал мрачным как туча.
– Леди любит вас. Когда женщина влюблена, она может поклясться в чем угодно.
– Вы хотите сказать, что не верите мне?
– Неважно, верю я вам или нет. Не я должен быть удовлетворен.
– А кто?
Пуаро улыбнулся:
– Инспектор Мортон – он только что вышел на террасу через боковую дверь.
Майкл Шейн резко повернулся.
Глава 23
– Я узнал, что вы здесь, мсье Пуаро, – сказал инспектор Мортон.
Двое мужчин прогуливались по террасе.
– Я приехал вместе с суперинтендантом Паруэллом из Мэтчфилда. Доктор Лэрреби звонил ему насчет миссис Лео Эбернети, и он намерен расспросить присутствующих. У доктора возникли сомнения.
– А вы, друг мой? – спросил Пуаро. – Каким образом вы в этом участвуете? Ведь отсюда далеко до вашего родного Беркшира.
– Я хотел задать несколько вопросов, а люди, которым я был должен их задать, весьма удобно собрались здесь. – Помолчав, он осведомился: – Ваша работа?
– Моя.
– И в результате миссис Лео Эбернети стукнули по голове?
– Вы не должны порицать меня за это. Если бы миссис Лео пришла ко мне… Но она вместо этого позвонила своему адвокату в Лондон.
– И когда она выкладывала ему сведения – трах!