– Ну, куколка, «легче» – это когда ты делаешь шторы в спальне из той же ткани, что и покрывало на кровати. Я говорю – «лучше».

Памела скривилась, представив идеально совпадающие цветочные рисунки.

– Уж точно нет.

– Так воспользуйся же шансом, Памми! Ты воистину заслуживаешь того, чтобы по-настоящему ожить снова.

– Я тебя обожаю, Вернель, – сказала Памела.

– Ну, это все женщины говорят. Повеселись сегодня вечером. И постарайся не слишком усердно анализировать бедного треножника. Помни, ты можешь быть шикарной, но не взволнованной.

– А?

– Не важно. Иди одевайся.

– Ладно, я позвоню тебе завтра.

– Кстати, ты заметила, что это уже второй разговор, когда ты ни разу не упомянула о работе, а?

– Черт бы все это побрал! Я просто схожу с ума. Как у тебя продвигается с миссис… – начала было она, но ее прервал смех Вернель.

– Памми! Стоп! Это же просто замечательно, что ты начала думать о чем-то кроме «Рубинового башмачка»!

– Да, но…

– Да, но все прекрасно! Как обычно. Тебе не о чем беспокоиться. Позвони мне завтра, после встречи с Фостом. И помни: радость и фантазия, Памела, веселье и выдумка!

– Ты сегодня выглядишь так же прекрасно, как и соблазнительно, – сказал Аполлон, целуя руку Памелы и медля оторвать губы от ее кожи.

И его взгляд, и этот поцелуй были полны намека.

«Отлично, – подумала Памела, сдерживая нервную дрожь, – и строго противоположно тому впечатлению, которое я хотела произвести».

– Могу поспорить, ты говоришь это всем девушкам, – насмешливо сказала она, подражая тону Вернель.

– Нет, не в последнее время, – ответил он, и его небесного цвета глаза потемнели и стали очень серьезными. – И я никогда не говорил этого с такой искренностью.

– Тогда спасибо, – кивнула Памела, безуспешно пытаясь не поддаваться чарам его глаз.

Она мысленно встряхнулась, как кошка, угодившая лапками в воду, и осторожно сменила тему:

– Как твоя сестра?

– Еще беспокоится, но все нормально.

Он взял Памелу под руку, чтобы усадить в кресло. Аполлону хотелось сжать ее в объятиях и начать целовать прямо здесь, перед их кафе. Но язык ее тела отчетливо говорил ему, что спешить нельзя, нужно держаться поосторожнее.

– Диана совсем не хотела обидеть тебя. Как она и сказала, она в последнее время слегка не в себе.

Памела хотела уже пожать плечами и бросить что-нибудь вроде «да мне-то какое дело», но остановилась. Вместо того она выпрямилась и посмотрела в его бездонные глаза.

– Я не собираюсь делать вид, что меня нисколько не задело то, что я вдруг узнала о твоем отъезде, о котором ты ничего мне не сказал. По правде говоря, мне захотелось просто сбежать от тебя подальше.

– По правде…

Он задумчиво кивнул, думая о том, как ему нравится ее искренность, и в то же время понимая, что слишком редко женщины вообще бывали честны с ним. Они обожали его… поклонялись ему… старались добиться его внимания. Но вряд ли кто-то из них хотя бы пытался вести себя честно.

– Тебе стало больно оттого, что ты подумала: я мог уехать, ничего не объяснив. Мне очень жаль, что так случилось. – Он коснулся ее щеки, а потом золотой монеты, висевшей на ее шее. – Меньше всего мне хотелось бы, чтобы ты чувствовала себя так, словно должна бежать от меня, чтобы защититься. Прошу, поверь, твоим чувствам рядом со мной ничто не грозит.

И снова она ответила с полной откровенностью:

– Я стараюсь поверить тебе, но больше я ничего не могу обещать.

Аполлон поднес к губам ее руку.

– Тогда я буду довольствоваться твоей честностью и тем, что у меня есть возможность завоевать твое доверие.

– Можешь ты объяснить, почему уезжаешь?

– Ты не слишком будешь возражать, если мы поговорим об этом за ужином? Я задумал для тебя кое-что необычное на сегодня.

– Ох, ладно. – Памела почувствовала радость, которую ей хотелось бы скрыть немного удачнее. – Я ужасно голодна.

Она встала, остро ощущая, что Фебус все еще держит ее руку, но совершенно не желая отбирать ее.

– Куда мы идем?

– На гору Олимп, – ответил он с сияющим взглядом.

– Звучит так, будто ресторан с подобным названием просто обязан быть где-то рядом, вот только я не припомню такого, хотя и осмотрела вроде бы весь «Форум». Он во «Дворце Цезаря»?

– В него можно войти через «Дворец Цезаря», но это закрытое место. О нем знают лишь немногие.

– Только боги, да? – пошутила Памела.

– Только боги, – согласился Аполлон, усмехаясь.

Они рука об руку пошли через «Форум» к казино.