Они сели, поставив стулья вплотную и стали наблюдать за сценой, держа друг друга за руки и перешептываясь. Влад поднес Ксюшину ладошку к губам и сказал:

– Спасибо тебе! Мне сегодня особенно было нужно твое участие, но о прощении я даже и не помышлял. Понимаешь, оставшись вечером один на улице, я понял, что почти ненавижу себя за поступок, который раньше казался мне справедливым. И еще я понял, что мне не к кому идти – не маму же грузить своими проблемами? А всех друзей детства я потерял, как и тебя. Новые мои знакомые того же замеса, что и я был еще совсем недавно. Искать у них сочувствия, все равно, что голой задницей плясать гопака в большом театре – может и обратят внимание, но не поймут. А если честно, хороших людей, наверно, немало, как тот же Араик Георгиевич, но я сам держал их на расстоянии, не подпуская к себе близко.

– Значит, тебе некуда податься?

– Вроде того получается. Есть только две альтернативы – к родителям или в гостиницу.

– Есть еще одна… - произнесла Ксюша и замолчала, не решаясь произнести следующее слово.

– Какая? – помог ей вопросом Влад.

– Переночевать у меня… - скороговоркой прошептала девушка, «внимательно» рассматривая салфетку и не в силах скрыть свое замешательство.

Влад понимал, какого рода смущение ее охватило. Это не было глупое кокетничанье – этим приглашением она признавалась, что окончательно сдалась, и у нее не осталось никаких рубежей защиты перед ним.

– Ты не представляешь, как я ждал этих слов, - признался Влад, чувствуя, что не может сдержаться от предательской дрожи в голосе. Но зачем стесняться того, что хочет услышать девушка? И он с благодарностью шепнул. – Я никогда не забуду твоей доброты.

– Причем тут доброта? – улыбнулась Ксюша. – Я же сама этого хочу. Просто сегодня почувствовала, что ты окончательно стал другим. Страшно, конечно, отпускать тормоза, но сколько же еще «дуть на молоко»? Только… я немного стесняюсь своего жилья, - призналась девушка. – Ты, наверно, привык к шикарной обстановке…

– Ты забыла: я ведь говорил, что совершенно не могу найти даже тени удовольствия от пребывания в своем аквариуме для «золотых рыбок», и в последнее время чувствую себя чужим в собственной квартире. А твоя комната – я заранее уже в восторге от нее.

– Это ты опять в своих снах увидел? – пошутила Ксюша.

– Нет, просто это твоя комната, а все, связанное с тобой, уже пару месяцев, как вызывает у меня только восторг, или тоску, если это мне недоступно.

Они поняли, что после принятия решения уже не могут усидеть в ресторане, и отправились в гости к Ксюше. Влад припарковал машину в первом попавшемся свободном месте у общежития – слава богу, его теперешнее авто было легче оставлять без присмотра, чем прежнее. Девушка, взяв букет, выпорхнула из машины, и они, как в былые студенческие годы, под ручку пошли на штурм проходной.

Но штурма не получилось – знакомая вахтерша, улыбаясь, попросила Влада показать паспорт и довольно кивнула:

– Давно пора. Такая красавица, а все одна – жизнь-то мимо проходит. В мои-то годы больно не побегаешь – кавалеры, не перекрестившись, уже и не взглянут…

Ксюшин кавалер не мог удержаться и фыркнул от смеха. На что баба Нюра смерила гостя наигранно серьезным взглядом и, подав паспорт обратно, пристрожила:

– А ты, смотри, Ксюшку не обижай! Не то я быстро на тебя управу найду!

– Не буду! Разве можно обижать такую девушку? – радостно ответил молодой человек.

– Знаю я вас, мужиков – сначала хвост веером, а чуть что, бежать… ладно, идите! Нечего на старуху время тратить.

– Спасибо, баба Нюра! – крикнула уже на ходу Ксюша, ведя своего ухажера за руку к лифту.

В тесной кабинке Влад не удержался и поцеловал оказавшуюся близко девушку. А дальше, они, как мыши, прошмыгнули через коридор в ее комнату. Ксюша включила свет, и Влад, наконец, увидел, как живет его любимая. С одной стороны, ничего особенного: письменный стол с ноутбуком, рабочее кресло, полуторная кровать и шкаф. Но везде ощущалась знакомая рука. Все было не просто аккуратно прибрано, а расположено в какой-то гармонии… пара цветков, несколько фотографий ее детишек из клиники, совершенно сюрреалистическая картина на стене. Влад всеми фибрами ощутил, что очутился дома – странное чувство, если учесть, что он никогда здесь не был.

– Ну как? – послышался осторожный вопрос хозяйки из-за его плеча. – Не слишком тесно?

– Ты знаешь, у меня такое чувство, словно домой пришел.

– И с чего это?

– Здесь во всем есть твое присутствие, - признался Влад.

– Ого! Серьезная заявка! – улыбнулась Ксюша.

Но Влад не принял шутки. Вместо того чтобы смеяться, он осторожно, словно спрашивая разрешения, положил руки на талию девушке и слегка потянул ее к себе.

– Подожди… - прошептала Ксюша, немного задохнувшись от мягкого натиска, начавшегося прямо с порога. – Дай хоть переодеться… чайку поставить…

Влад помотал головой из стороны в сторону и шепнул:

– Чай подождет, а переодеть тебя – доставь мне, пожалуйста, это удовольствие.

– Ах, ты стриптиз себе хочешь тут устроить? – попыталась она изобразить возмущение.

– Ага, - шепнул Влад, продолжая тянуть девушку к себе.

И она сдалась. Напускное недовольство, словно тень, сошло с ее лица. Ксюша неотрывно смотрела на Влада, и ее глаза начали наполняться глубокой истомой, в которой он стал безвозвратно тонуть. Наконец, она опустила упертые ему в грудь руки и мгновенно оказалась в его объятиях. Но Влад не спешил – он знал, что это лучший момент в его жизни, и поэтому все делал медленно, как можно осторожнее лаская девушку: гладил ее волосы, целовал за ушко, нащупал молнию на платье и аккуратно расстегнул, едва касаясь ткани. А сам почувствовал, как маленькая ладошка, незаметно пробравшись под рубашку, наглаживает его грудь.