– Едва ли. Вы не понимаете, Дэнни. Все гораздо хуже.

Теперь, если Левитт выполнит свою угрозу, рухнет не только моя карьера, но еще и Ричарда. Насколько я понимаю, есть только два выхода.

– А именно?

– Платить, Платить ему без конца или исчезнуть и начать все сначала. – В ее голосе снова появилась усталость. – Самое смешное, Дэнни, что я ни о чем не жалею. Я была тогда голодной бродяжкой из трущоб, и мне очень хотелось оттуда выбраться. И еще я застрелила человека – правда, он больше напоминал скотину и вполне это заслужил. Тем более что случилось это при таких обстоятельствах, что ни один суд не признал бы меня виновной. Теперь-то я это знаю, но тогда, тогда я была глупой перепуганной девчонкой, и я просто сбежала.

Дэнхен кивнул.

– Полагаю, – медленно проговорил он, – самого Левитта прижать нечем?

Ольга покачала головой.

– Сомневаюсь. Он слишком труслив, чтобы пойти на что-то серьезное. – Она нахмурилась, словно прислушиваясь к собственным словам. – Труслив! Мне кажется, это можно использовать.

– Что, если сэр Ричард встретится с ним и припугнет? – предложил Дэнхен.

– У Ричарда для этого слишком тонкая натура. В белых перчатках такие дела не делают.

– Тогда позвольте мне…

– Простите, Дэнни, но вы подходите для этого еще меньше. Здесь нужно что-то среднее между силой и интеллектом. Здесь нужна хитрость. Иными словами, здесь нужна женщина. Причем женщина, которой не понаслышке знакомы темные стороны жизни. Думаю, Ольга Стормер подойдет как нельзя лучше. Помолчите, вы меня сбиваете.

Она подалась вперед и закрыла лицо руками. Неожиданно вскинув голову, она спросила:

– Как зовут эту девушку, которая хочет меня дублировать? Маргарет Райан, кажется? У нее еще очень похожие на мои волосы.

– Волосы у нее, конечно, что надо, – недовольно проговорил Дэнхен, глядя на пожар, полыхающий на голове Ольги. – Собственно говоря, они точная копия ваших, но на этом сходство и заканчивается. Собираюсь уволить ее на следующей неделе.

– Придется повременить, Дэнни, и, возможно, даже дать ей сыграть Кору. – Она одним жестом успокоила сорвавшегося с места импресарио. – Скажите мне честно, Дэнни: по-вашему, я умею играть? Я имею в виду действительно играть, а не красоваться в дорогих платьях.

– Играть? О Господи! Ольга, вы не просто актриса, вы – лучшая! Я не видел ничего подобного со времен Дузе [13] !

– Хорошо. Тогда все должно получиться. Если, конечно, я не ошибаюсь и Левитт трус. Нет, Дэнни, не спрашивайте меня ни о чем. Просто свяжитесь с этой девушкой, Райан, и скажите ей, что она меня заинтересовала. Пригласите ее от моего имени на обед. Не думаю, что она откажется.

– Да уж.

– Еще мне нужны какие-нибудь сильнодействующие таблетки. Такие, чтобы можно было усыпить человека на пару часов, не причинив ему особого вреда.

Дэнхен усмехнулся.

– Есть такие. Головная боль, правда, у нашего друга будет такая, что не позавидуешь, но и только.

– Хорошо. Ступайте, Дэнни. Остальное я возьму на себя. Мисс Джонс! – позвала она.

Мгновением позже карандаш уже парил над блокнотом, а Ольга, расхаживая по комнате, диктовала письма.

Она никогда не писала ответы своей рукой.

Вскрывая долгожданный конверт, Джейк Левитт широко ухмыльнулся.

«Дорогой сэр!

Боюсь, леди, о которой вы упомянули в письме, мне не знакома. Однако я встречаюсь со множеством людей и вполне могу ошибаться. Буду рада, если вы поможете мне исправить это недоразумение, заглянув сегодня в девять часов вечера.

С уважением Ольга Стормер».

Левитт понимающе кивнул. Умное письмо! Признаться, он был немного разочарован, что ему не удастся его использовать. С другой стороны, она согласилась с мим встретиться. Золотая жила заработала!

Ровно в девять часов он нажал на кнопку звонка. В квартире никто не откликнулся, и он уже собирался звонить снова, когда заметил, что дверь не заперта. Он толкнул ее и вошел в холл. Осмотревшись, он прошел направо и оказался в гостиной, отделанной в черно-красных тонах.

На столе, в круге света от лампы, лежала записка:

«Пожалуйста, подождите. Я скоро вернусь.

О. Стормер».

Левитт уселся. Терпения ему было не занимать, но, подождав немного, он вдруг почувствовал себя неуютно.

Что-то было не так. В квартире стояла абсолютная, мертвая тишина, и тем не менее его не оставляло совершенно отчетливое ощущение, что он здесь не один. Он поежился, вытер со лба пот и удивленно взглянул на руку.

Ощущение дискомфорта все усиливалось. Тихонько выругавшись, Левитт вскочил с места и заходил по комнате. Ну, она ему заплатит за это ожидание…