Ну, а что таблетки были немного просроченными, так это ерунда. Не сама ведь она их пила! А Генке они не повредили. Наоборот, прыщи у него совершенно прошли. И Вета тогда торжествовала двойную победу – и над прыщами, и над родней, которая в один голос советовала ей выкинуть просроченные медикаменты на помойку. А Вета никого не послушалась. И вылечила своего мужа, не затратив на это лечение ни единой копеечки.

И теперь Вета почувствовала, что из Лешки тоже можно веревки вить и вить… пока он не выскользнет из рук, как, увы, выскользнул ее дорогой муж.

При мыслях о Генке сердце Веты снова царапнуло некое странное чувство. То ли это была жалость, то ли страх за этого идиота, который куда-то пропал с концами. Сказать точнее она затруднялась. Но только Вета понимала, что если Генка все-таки помер, то ей без него будет очень и очень худо!

Оказавшись наконец-то дома, подруги тут же расползлись по своим кроватям. Но, сколько они ни ворочались, заснуть ни одна, ни вторая так и не сумела. Несмотря на эту бессонную ночь, уснуть им не давало какое-то странное волнение. Обе чувствовали, что их расследование подошло к завершающему витку. Очень скоро они поймут, кто же охотился за сокровищами Георгины и кто убил ее саму.

Леся сдалась первой. Она вообще была слабохарактерной по отношению к самой себе. Всегда позволяла себе, любимой, лишнее пирожное с кремом, или могла немножко подольше поваляться в кровати утром, или чуточку задержаться перед телевизором, когда нужно было помыть полы в кухне и отдраить зеркала в ванной комнате.

Вот и сейчас, пока Кира мужественно вылеживала под одеялом и, вытянув руки по швам, командовала самой себе: «Спать!», Леся уже давно выбралась из своей кроватки. Накинув на плечи байковый халатик, она босиком прошлепала по теплому полу к Кире.

– Слушай, а ты лично на кого думаешь? – спросила она у подруги, ничуть не смущаясь тем обстоятельством, что Кира лежит с закрытыми глазами.

Она ни секунды не сомневалась, что Кира не спит. Неизвестно, откуда она это знала. Знала, и все. Чувствовала!

Кира не стала притворяться, что давно уже спит крепким сном. Притворство отнюдь не было ее коньком. Она живо открыла глаза и села в кровати:

– Я думаю, что это Влад!

– А я все-таки грешу на Вилли!

– Вилли… Да, он мог. Скользкий тип.

– От налогов уклоняется, – добавила Леся, которой это обстоятельство казалось достаточным основанием, чтобы заподозрить человека и в других грешках. – Причем регулярно.

– Мы с тобой так не делаем.

– Нет, конечно! – возмутилась Леся. – У нас все честно.

– Ну-ну, – скептически бормотнула Кира, у которой были большие сомнения насчет кристальной честности их бухгалтерши. – Хорошо, что ты так думаешь.

– Но главное, что этот Вилли и выглядит как преступник!

– То есть?

– Он весь татуированный! И гоняет на байке!

– Это не преступления.

– Но так ведут себя только незаконопослушные граждане!

– И все они – поголовно убийцы и грабители?

Леся ненадолго замолчала и попыхтела в воротник своего халатика. Но потом все равно сказала:

– Ты как хочешь, а мне этот Вилли очень подозрителен.

– Мне – тоже, – призналась Кира. – Но убийца ли он? Вот в чем вопрос!

– Да в чем же вопрос-то?

– Лешка не видел, чтобы Влад приходил в «Лавочку».

– У Лешки не сто глаз. И хотя он теперь вроде мой парень, но, честно говоря, он порядочный лопух! И потом… Вилли мог встретиться с Владом где-нибудь на нейтральной территории. Или… Или вовсе пригласить его пройти через потайную дверь!

Этот момент Кира как-то не продумала. А действительно, если Вилли мог через ту дверь тайком покидать «Лавочку» и гонять на своем байке, то он запросто мог использовать эту же дверь для целей, отнюдь не настолько же невинных. Для принятия посетителей, о которых он не хотел никому ничего говорить. Для целей тайных и потому – весьма подозрительных.

А Леся и еще масла подлила в огонь, добавив:

– Ты как хочешь, а мне кажется, если человек что-то одно привык скрывать от окружающих, он с легкостью перестроится и на что-то другое!

– То есть ты хочешь сказать, что Вилли так привык? Что он от всех скрывает свои тату, что он пошел к Георгине и убил ее, а теперь от всех это скрывает?

– А ты так не думаешь?

Нет, Кира все равно упрямо делала ставку на Влада. Вот этот человек казался ей в достаточной степени опасным, чтобы и убить, и ограбить кого-либо.