Но это так, отвлеченные мысли. Они сейчас не имеют никакого значения. Главное было найти уязвимое место Глендура. Оно существовало. Но как его обнаружить?

– Еще вопросы?

Я заметил, что Глендур уже несколько пришел в себя и даже вновь улыбается с превосходоством.

Значит, не этого вопроса он ждал. А какого?

– Я жду? Вы намерены и дальше отнимать время у присутствующих. Причем совершенно зря.

– Спокойно, - сказал я.
– Я обещал вопросы, и они будут.

Вопросы. Ну что еще я мог спросил? О чем? Тянуть время, надеясь на мгновенное озарение? А будет ли оно?

– Что ж, подождем, - промолвил Глендур.

Я вытащил из кармана сигарету и осторожно ее понюхал. Запах, конечно, ощущался... Нет, что-то в нем от табака было, но сделанное настолько халтурно и плохо, что язык назвать это табаком не поворачивался.

Закурить?

Я сунул сигарету в рот, хотел было ее прикурить, но взглянул на безучастно стоявшую у стены Глорию и вдруг, в который уж раз, вспомнил ее слова о том, что здесь, в кибере, частенько, все является не таким, каким кажется.

Все.

И в том числе преступления. А еще у меня в голове появилась картинка, виденная в детстве, в объемной книге о том как какая-то лесная птица уводит от гнезда лису, притворяясь раненной. Вот так же и Глендур. Он уводил меня и всех прочих от чего-то или кого-то, вызывал огонь на себя, зная, что сможет отбиться, что у него позиция гораздо лучше, чем... чем у кого?

Так и не прикурив сигарету, я еще раз окинул взглядом полукольцо людей, в центре которого находился, и вдруг понял, что четверо оставшихся младших сокомпаньонов как-то из всей этой толпы выделяются.

Как именно? Ну, хотя бы тем, что они испытывали сейчас не совсем те же самые эмоции, как все остальные. Будь их личины сделаны похуже, я бы этого не заметил. Но они уже достигли такого благосостояния, что могли себе позволить обладать очень качественными личинами. И качественные личины их выдали, безошибочно сказали, что вот сейчас эти четверо испытывают примерно одинаковые эмоции. В отличие от всей остальной толпы, пытающейся разобраться в происходящем, они четко знали что к чему, никакого любопытства не испытывали, а просто ждали, когда все это представление закончится. Словно знали все заранее, словно были все заодно.

И тут-то у меня мелькнула догадка, объяснявшая все или почти все. А еще я понял, какой задам следующий вопрос и - кому. Нет, не Глендуру.

Я нашел взглядом в толпе Кояша Майкамаля и двинулся к нему. И пока я шел, мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, и я видел, я чувствовал, как в глазах Майкамаля сначала появляется, а потом все усиливается страх.

Это означало, что моя догадка верна. Это означало, что я все же, несмотря ни на что, выиграл.

И именно поэтому вопрос, который я задал мастеру-кукараче, был уже формальностью. Очень простой вопрос.

– Ну что, как там у вас дела с "Убей героя"? До какого уже уровня дошли?

Страх в глазах Майкамаля превратился в настоящий ужас, и он спросил:

– Какие - "Убей героя"? Что это вообще такое?

22.

Мы с Глорией сидели на стене замка, пили пиво прямо из бутылок и смотрели, как у самого горизонта, полыхая в лучах солнца зеркальной чешуей, танцует в воздухе дракон. Кажется, где-то там, внизу, была самка, и он пытался ее соблазнить.

Я достал из кармана пачку и извлек из нее сигарету.

– Надеюсь, последняя?
– спросила Глория.
– Если бы ты знал, как мне надоели все эти глупые изречения.

– Как ты угадала?
– спросил я.
– Действительно, последняя.

– Ну, тогда закуривай ее скорее. Послушаем, что она нам сообщит в этот раз. И более никогда не покупай такие сигареты. Понял?

– Еще бы, - сказал я.
– Спорим, такую же бессмысленную бредятину, как и раньше?

– Не знаю, мне иногда чудится, что в них, в этих сигаретных высказываниях, что-то есть. Некий трудно уловимый смысл.

– Неужели?
– хмыкнул я.

– Ты прикуриваю, прикуривай, - улыбнулась Глория.

Было бы сказано.

Я прикурил сигарету, сделал затяжку и тут же послышалось:

– ... Длительный отдых, не обремененный умственной деятельностью, приводит к отупению. Три недели на пляже обойдутся вам в 20 пунктов интеллекта. И восстановить их будет не так-то легко...

– Ну вот, - сказал я.
– Напоследок.

– Действительно, целая речь, - согласилась Глория.
– Хотя, конечно, в чем-то сигарета права. Я ничего не делаю всего лишь полдня, и уже чувствую, что начинаю просто катастрофически тупеть.