И лицо у Оленьки потемнело. Подруги попытались утешить девушку, но тут у нее зазвонил телефон.

– Странно, кто бы это мог быть в такое позднее время? – удивилась она, но трубку все же взяла. – Номер засекречен.

– Не бери! – посоветовала ей Леся. – Я вот никогда не беру, если не вижу, кто мне звонит.

Но Оля уже поднесла трубку к уху.

– Алло! – произнесла она. – Алло! Говорите! Алло! Вас не слышно! Перезвоните!

И в ответ на вопрошающие взгляды подруг ответила:

– Не соединилось. Наверное, связь оборвалась.

– Может быть, еще перезвонят, – пожала плечами Кира.

Но никто Оленьке не перезвонил. Ни через минуту, ни через две, ни через пять или даже десять. И почему-то от этого позднего странного звонка у всех стало тревожно на душе. Чай с сухими тостами, который приготовила Татьяна Ивановна, как-то не полез в горло. И подруги, быстро попрощавшись, ушли из дома фотомодели и ее матери. Они пообещали держать женщин в курсе расследования и собирались свое слово сдержать.

На следующий день они договорились с Верой о встрече. Сделать это оказалось не так-то легко. Вера не очень-то рвалась разговаривать с Кирой и Лесей о своей пропавшей подруге. И на все просьбы подруг о встрече лишь сухо отвечала:

– Я вас не знаю. И вообще ничего не знаю. Все, что я знала, я уже рассказала.

– Кому?

– Следователю!

И Вера совсем невежливо бросила трубку, оставив подруг в недоумении. О каком следователе идет речь? Ведь никакого дела по факту исчезновения Марианны не заводилось. Или они что-то не так поняли со слов Оленьки?

Тем не менее встретиться с Верой было необходимо. И подруги решили подкараулить ее у выхода из той школы, в которой Вера преподавала. Конечно, сейчас было лето и школьные занятия не велись. Но в школе располагался летний городской лагерь. А со слов Оленьки подруги знали, что Вера очень нуждается в лишней копейке. У нее на руках была больная мама, которой требовались дорогостоящие лекарства. Так что Вера пользовалась каждой возможностью, чтобы подработать немного для себя и для мамы.

Подруги не ошиблись. Первый же школьник, немного поморщив лоб, сказал, что Испанка, скорей всего, находится у себя в кабинете.

– Хоть бы она там застряла, дура толстозадая! – откровенно зло прибавил школьник. – У всех других ребят каникулы, а мы словно проклятые долбим этот испанский! Вера Сергеевна наша, правильно моя мамка говорит, чокнутая! Другие мужей себе ищут, а она нам неправильные глаголы вместо этого втолковывает!

Мальчишка убежал, а подруги вошли в школу. И без труда нашли кабинет иностранного языка. В нем сидела полненькая рыжеволосая молодая женщина, которая неприязненно взглянула на них из-под огромных выпуклых очков.

– Вы ко мне? Как фамилии?

– Чьи? – растерялись подруги. – Наши?

– Ваших детей! Вы ведь ко мне по поводу моих учеников пришли?

– Нет. Мы к вам по поводу Марианны пришли.

Вера откинулась на спинку стула и окинула подруг еще более неприязненным взглядом.

– Понятно, – процедила она сквозь зубы. – По телефону не получилось, так вы решили лично меня навестить. Кто вы такие?

– Скажем так, мы расследуем факт исчезновения вашей подруги.

– Я уже все сказала следователю!

– Да какому следователю!?

– Молодому и симпатичному, – без тени смущения заявила им Вера. – Он сам мне звонил. А в чем, собственно говоря, дело? Он мне потом еще раз звонил и сказал, что все разузнал. Что у Марианны появился очень выгодный контракт с иностранным журналом. И что она уехала в Германию. А тут никого не предупредила, видимо, потому что боялась, что ее удачу сглазят!

И Вера снова хмыкнула. Видимо, она была обижена на свою подругу за внезапный отъезд, больше напоминающий бегство. Видимо, именно в этом и крылась причина ее неприязненного тона. Но подруги недоумевали. Про какого следователя толкует Вера? Проводилось расследование? Но почему они не в курсе?

– А кто вел расследование? – спросила Кира. – Вы помните фамилию следователя?

– Конечно, он мне представился. И даже телефон свой для связи оставлял. Сказал, что если мне что-нибудь удастся вспомнить, то я могу смело ему звонить.

– И вы звонили?

– Один раз, – покраснела Вера. – Телефон был отключен. А потом он уже и сам во второй раз мне позвонил. И сказал, что следствием было установлена, что Марианна сейчас в Германии. И что ей ровным счетом ничего не угрожает. Я могу спать совершенно спокойно.