– Если тебя интересует, то я уже не в ресторане.

– Знаю! Ты в больнице.

– А ты знаешь, почему я тут?

– Знаю! – радостно заверила ее Кира.

Ясное дело, обрадовалась она тому, что Леся очухалась и может слышать ее голос. Но Леся этого не поняла и обиделась на подругу:

– Я слышу, ты вроде бы даже рада.

– Рада! Конечно, рада! Я очень рада тому, что ты жива!

– Жива, но чуть было не умерла! – капризничала Леся, которая считала, что она только чудом осталась цела, и поэтому ей хотелось, чтобы ее все жалели и обожали. – Ты когда за мной приедешь и заберешь домой?

– Хоть сейчас!

Готовность, которая прозвучала в голосе Киры, несколько смягчила Лесю, и она сказала, что сейчас не надо, сейчас она все равно будет спать. И чтобы Кира приезжала за ней завтра утром. С самого раннего утра.

– Мне тут совсем не нравится. Если врачи не захотят меня отпускать, то я просто удеру. А ты мне в этом поможешь!

Кира пообещала, что именно так она и сделает. И умиротворенная Леся, которая все еще неважно себя чувствовала, отправилась на боковую.

Она даже не спросила, где Кирилл и что с ним. И честно говоря, Кира была этому только рада. Потому что дела у Кирилла, насколько она поняла по оговоркам следователя и оперативников, были очень неважнецкими.

Лисица довез Киру до дома и тут же укатил дальше. У него были какие-то важные дела, так что он велел его не ждать. Но Кира и не настаивала. К тому же ей показалось, что это было бы бесполезно. Лисица был явно на взводе и выглядел очень нервным и даже, можно сказать, испуганным.

Он так газанул на своей машине, стремясь убраться подальше от дома подруг, что Кире даже стало обидно. Чего это Лисица так перепугался? Но, вздернув нос повыше, она приказала себе посмотреть на это с другой стороны. Очень ей нужен этот Лисица! Пусть катится куда хочет. А она и так слишком устала, чтобы еще слушать его болтовню или, еще того хуже, снова мотаться по поселку в поисках Цветика и Ванечки.

Впрочем, оказалось, что искать никого больше не надо. Едва Кира зажгла свет в холле, как ей навстречу шагнули две темные фигуры.

– Ой, мамочки! – взвизгнула Кира, от испуга чувствуя, как сердце у нее подскочило к самому горлу. – Это кто тут?

Разумеется, это снова были бедные влюбленные дурачки – Ванечка и Цветик. И они стояли, все так же трогательно держась за руки и с мольбой глядя на Киру совершенно одинаковыми круглыми глазами.

– А это мы, – пробасил Ванечка. – Привет.

Цветик пискнула что-то невнятное, но однозначно приветливое и умильно посмотрела на Киру.

– Ну? И что же мне с вами делать? – вздохнула Кира. – Где вы были?

– Дома.

Дома они были! Снова где-то прятались, пока Кира с Оленькой мотались по поселку!

– Там очень холодно, – внезапно произнес Ванечка.

– И голодно, – добавила Цветик.

– Так что мы решили вернуться.

– И вернулись! Не выдавайте нас, пожалуйста!

– Вы хоть знаете, что ваши родственники буквально сходят с ума от беспокойства? Или вы их совсем не любите? – строго спросила Кира у влюбленных и тут же пожалела о собственной строгости.

Подбородок у Ванечки начал подрагивать. Да и Цветик тоже выглядела печальной и расстроенной. Но длилось это недолго. Внезапно за дверью коттеджа раздался гневный женский голос, услышав который Цветик вздрогнула и спряталась за Ванечку.

Голос между тем кричал:

– Откройте! Откройте мне немедленно! У вас в доме находится моя дочь!

Кира выглянула в окно и почувствовала, как из груди у нее рвется стон. В двери колотила незнакомая ей женщина. А это еще кто такая будет? И что ей тут надо?

– Мама! – пискнула Цветик, словно прочитав мысли Киры. – Это моя мама! Она приехала за мной.

– Так что? Запускать ее?

Но Цветик уже снова замолчала, застенчиво прячась за Ванечку и явно не демонстрируя особого желания вернуться к маме.

И тут ситуация ухудшилась еще многократно. В поле зрения появилась Ванечкина мама, которая мчалась по улице с такой скоростью, что ее широкая юбка развевалась наподобие паруса. И добежав до матери Цветика, Тамара Георгиевна воскликнула:

– Поздравляю! Так это ваша дочь убежала вместе с моим сыном?! Вы хоть знаете, где они могут быть?

– Что?

– Вы же мама Цветика?

– Да.

– Ну а я мама Ванечки. Ну что вы так на меня смотрите? Я мама Ванечки! Жениха вашей дочери!

Судя по выражению лица матери Цветика, это известие явилось для нее новостью. Она ахнула, а затем принялась колотить в дверь с утроенной силой.

– Лисица! Открывай, мошенник! Почему ты не берешь трубку? Где моя дочь? Что у вас там вообще происходит?