Чумазый мальчик лет шести обеими ручонками держал обломок кирпича. И внимательно смотрел на нас. Испуган он не был. Скорее удивлён и заинтригован. Как если бы наше появление было деталью циркового номера. В помещении не было окон, но видел он нас хорошо – рядом на полу теплился самодельный светильник, должно быть залитый солярой или керосином.

– Вы кто? – кирпич выпал из ладошек.

Первым отреагировал Артём:

– А кто живёт под землёй? Конечно, гномы. – Он достал из кармана пакетик жвачки и протянул ребёнку: – Держи. Мы добрые, хорошие гномы. Только никому нельзя про нас рассказывать. Иначе всё волшебство пропадёт.

Жвачка была немедленно принята. Но с «пропагандой» вышел облом.

– Не надо врать, – осуждающе покачал головой ребёнок и серьёзно добавил: – У гномов нет пистолетов.

Словно он каждый день встречал толпы сказочных персонажей.

– А мы такие особые гномы, – не сдавался Артём, – гномы с большими пистолетами.

– А чего вы такие высокие?

– Ну… – замялся физик, – мы хорошо питались. И спортом занимались…

Я прыснула, вообразив Артёма извивающимся на турнике. Физик бросил на меня недовольный взгляд. И приоткрыл было рот, собираясь продолжить воспитательную беседу. Но тут вся педагогика полетела к чертям.

– Отойди от них! – сердито выпалил новый персонаж, возникший из провала в стене. Худенькая девочка в дырявом пальто на голое тело. Кажется, лет одиннадцати. Только в руках она держала совсем не игрушку – девятизарядный, тронутый ржавчиной «макаров».

Мальчуган боязливо от нас попятился. Физик онемел. А я шагнула вперёд. Чтобы оказаться между чёрным зрачком ствола и моими товарищами.

– Стоять! – угрожающе зазвенел тонкий голосок.

– Погоди, Таня.

Я скосила глаза на доктора. Он присел на корточки и ровным тоном выговорил:

– Не надо нас бояться.

Снял «ночники», шапочку-маску и улыбнулся. Так, как он умел улыбаться. Мягко, обезоруживающе…

– Давайте знакомиться. Меня Грэем зовут.

– А меня – Павлик! – с достоинством отозвался мальчик.

– А тебя?

– Не твоё дело… – процедила девчушка сквозь зубы.

– Хорошее имя, – весело прищурился доктор. – Знаешь, мы никому не хотим вреда. Мы случайно здесь оказались. И сейчас уйдём.

– Врёте вы всё. Вы – полицаи!

Опускать ПМ она явно не собиралась.

– Умница, – одобрительно кивнул Грэй. – С незнакомыми людьми так и надо. Но мы-то уже познакомились. У меня кое-что есть, и я хочу поделиться. Консервы любите?

При упоминании консервов из-за спины девочки выглянуло ещё одно пугливо-любопытное личико. Лет семи, не больше.

– Артём, принеси рюкзак, – будничным тоном попросил доктор. – Только спокойно.

Физик подчинился. А я не сводила глаз с девчушки. Я бы смогла её обезоружить. Без особого риска. Посмотрела на Грэя. И прочитала в его взгляде: «Не надо».

Он был прав. С местными нельзя ссориться. Даже если это всего лишь ребёнок. А ещё я чувствовала что-то вроде неловкости. От одной мысли, что придётся выкручивать эти тонкие, похожие на хрупкие тростинки руки… Наверное, ей так трудно держать этот тяжёлый пистолет.

Я чуть-чуть двинулась вперёд… Будет неприятно, если её палец на спусковом крючке занемеет, сожмётся в судороге…

И всё-таки она молодец. Не струсила, не сбежала. Одна с ржавой «пукалкой» против троих вооружённых взрослых. А на вид и не скажешь… Хлипкая, как только душа в теле держится. Лишь глаза… Только по ним и можно понять, что в нужный момент рука у неё не дрогнет…

Доктор стал выкладывать консервы на грязный пол.

Я заметила, как словно тень промелькнула на лице девочки. Банки были оклеены яркими этикетками: тушёнка, рыбное филе, колбасный фарш… В герметичных пакетах – консервированные бутерброды и жареное мясо.

Павлик вытаращился не мигая, будто боялся – стоит моргнуть, и всё это удивительное, почти сказочное изобилие растает без следа. Наверное, сейчас бы он легко поверил, даже если бы мы назвались не гномами, а черепашками-ниндзя…

Мальчуган шагнул вперёд и тут же замер, просительно, страдальчески оглядываясь на свою защитницу. А та кусала губы, переводя взгляд то на нас, то на груду ярких банок и пакетов…

Мне стало стыдно.

В эту секунду из-за спины девочки выскользнула третья фигурка. Наконец мы смогли рассмотреть её получше. Во взрослом пиджаке с далеко перешитыми пуговицами, свисающем ниже колен, как пальто. Голова замотана косынкой – не разберёшь, то ли он, то ли она.

Человечек проворно метнулся к груде консервов и ухватил большую пластиковую банку с тресковым филе. Банка вывалилась и покатилась по полу. Ребёнок опять схватил её и опять выронил. Слишком большую банку неудобно держать в маленькой ладошке.