– А есть разница?

Кайндел пожала плечами.

– Смотря для кого. Для людей - наверное, и нет особой разницы. А для альвов - есть. Это как разные национальности. Даже не так… Всетаки по большому счету возможности у всех национальностей одинаковые. Альвы, сиды, ши - они все разные, и в первую очередь по энергетической организации и магическим возможностям.

– А ты, значит, альв.

– Да. Но альвы, кстати, тоже бывают разные…

– Сможешь познакомить меня с классификацией?

– Вряд ли. Сомневаюсь, что у когонибудь она лежит в готовом виде. Один, надо подождать несколько лет, и все станет очевидно, понятно, наглядно. О своих возможностях я смогу вам коечто рассказать. Хотя и сама знаю их не до конца.

– Охотно послушаю. Но мы уже подъезжаем.
– Один посмотрел по сторонам, потом вперед.
– Где мы сейчас?

– Ихала.

– Угу. Ну, значит, уже близко. Итак, обрисовываю тебе план действий. Сейчас ты продемонстрируешь мне артефакт, после чего мы отправимся в Выборг, где ты прогуляешься по замку и попробуешь сформулировать нам предполагаемый план дальнейших действий Алого Круга. Разумеется, всю необходимую информацию ты получишь. А потом, если еще не передумала, прикажу дать тебе порцию «кристаллического снега». Кстати, сколько?

– Десять грамм.

– Не многовато?

– В самый раз для полноценного видения.

– Ладно. Тебе видней. Доверяю.
– Один хмыкнул и устало потянулся в кресле.

Прикрыл глаза - и стало видно, насколько он устал. Бледный, под глазами круги, следы редкого и непродолжительного сна в мимике… «Нелегко вести войну сразу в двух городах, где в обоих нет ни достаточного количества людей, ни оружия, ни всего прочего…» - подумала Кайндел. Она вспомнила занятия по тактике подразделений, на которые к ним приходили бойцы из действующих групп и рассказывали о том, как они воюют. Судя по упоминаемым топонимам они воевали в том числе в Москве и Подмосковье. Этой скудной информации девушке оказалось вполне достаточно для выводов.

«Дела налаживаются, - пришло ей в голову.
– Еще год назад ОСН носу не казало в столицу, сил не хватало. Оэсэновцев скорее можно было встретить в столицах европейских государств, чем в Москве. Оно и понятно… Тогда еще существовал договор с Евросоюзом и Интерполом, который всего полгода назад приказал долго жить. Тогда еще казалось, что Европа и Америка первыми справятся с новыми проблемами. Казалось, у нихто предостаточно возможностей… Однако получилось иначе.

И теперь ставка идет только на собственные силы. Ну еще, может быть, на других соотечественников, успевших сориентироваться в ситуации. И это, кстати, не такая плохая идея. Чтоб страна сохранила свою независимость, она должна доказать хотя бы собственную жизнеспособность - это минимум».

Кайндел смотрела, как мимо боковых окон проносится карельский лес. Она любила карельские пейзажи. Чтото особенное для себя она чувствовала в них.

У поворота к озеру Париканьярви автомобиль остановился, и Один выпрыгнул на хрустящий гравий. Галантно подал руку девушке. Из салона выглянул Испытатель.

– Давайка я всетаки дам тебе одного человека в сопровождение, - сказал он, глядя на главу Организации.

Но тот отрицательно покачал головой.

– Не надо, Саш. Справимся… Веди, Кайндел.

Они шли через лес, едва хрустя веточками, и ей казалось, что здесь, в окружении старых чахлых стволиков, мха, травы и крон, ее душа расправляет крылья. По жилам вперемежку с кровью потекла живая энергия, дух природы, окружившей ее, как вода рыбу. Там, взаперти, в старом подземелье, построенном, должно быть, еще перед Второй мировой войной, она, казалось, задыхалась. Здесь - дышала полной грудью.

Перепрыгивая через валуны, девушка вспоминала путь к тайнику. Это оказалось несложно. Теперь, после преобразования физического тела чтото очень важное произошло и с ее душой - и с возможностями ее духа. Она чувствовала направление; казалось, достаточно лишь сосредоточиться, чтоб ощутить артефакт - его положение, сохраняющиеся в нем энергии и даже настроение… У печати, как у любого сложного магического образования, могло быть в том числе и свое настроение.

Она быстро разгребла мох и подсохший дерн, выдернула печать из серебряной оплетки. Этот серый булыжник с железным колечком Один долго держал в руках, перекладывал из ладони в ладонь. Лицо у него было задумчивое, взгляд устремлен в себя, спутницу он будто бы не видел и не чувствовал рядом с собой. Все его внимание поглощала эта вещица.

– Да, - произнес он через некоторое время.
– Я не в состоянии понять всех возможностей этого предмета, но чувствую - вещица сильная. И, должно быть, очень важная. Я полагаю, здесь в лесу ей лежать не следует. У нас в убежищах мы подыщем ей безопасное место. Давай завернем обратно в фольгу… Кстати, где ты ее взяла?

– Заказала кузнецу из Ихалы.

– Надо взять на заметку. Насколько я знаю, серебро экранирует магию.

– До определенной степени. Не везде и не всегда оно поможет, но для того, чтоб скрыть артефакт, просто идеально.

– Хорошо. Пусть останется в этой обертке.
– Один аккуратно завернул печать обратно в самодельную фольгу и сунул в карман.
– Идем. Нам еще надо успеть в Выборг.

– Я поняла.
– Шагая по лесу за главой ОСН, она всетаки решилась спросить: - Но что вы хотите, чтобы я посмотрела в крепости? Лучше, начиная работу, знать, чего от тебя ожидают.