Дальнейшее немного напоминало медитацию, только на этот раз ее душа не просто воспарила над домом, потом над городом - это происходило стремительно, скачками.

А потом она оказалась в лесу. Как во сне, своими действиями она управляла лишь отчасти, а тем, что видела, не управляла вообще. И теперь шагала по пояс в папоротниках, одетая во чтото длинное, с широкими рукавами, норовящими зацепиться за ветки, с подолом, не метущим палую хвою лишь потому, что этому мешала трава и все те же папоротники. Девушка ощущала под пятками мох и камни, которые не ранили ее и не могли ранить, потому что она ступала мягко и естественно.

Она касалась пальцами стволов, шершавых, в потеках старой смолы, и эти касания были чемто вроде приветствия. Все здесь было живым, лес пронизывали тонкие, как проволока, лучи солнца и потоки энергии. И то, и другое существовало в одной плоскости, и то, и другое пропитывало собой мир вокруг нее, и она чувствовала себя дома.

Вдруг поймала себя на том, что поправляет рукой длинные распущенные волосы (господи, кажется, так давно она носила эту прическу… А потом обрезала косы, потому что с короткой стрижкой намного удобнее быть курсантом и бойцом ОСН). О том, что может значить этот элемент видения, можно было подумать позже.

Еще несколько десятков шагов, и она вышла на берег ручья. Тот был узкий, без проблем можно перемахнуть одним прыжком, но Кайндел не стала прыгать - она присела на берегу и погрузила пальцы в воду. Вода обожгла льдом, но это было даже приятно.

Ощущения и мысли захлестнули девушку. Далеко не все из того, что происходило внутри и вокруг нее, она была способна воспринять сейчас, но это было и не нужно. Каждая подробность запоминалась, чтоб потом мысленно вернуться к ней и осмыслить заново, всерьез. Вокруг и внутри нее происходило чтото очень важное. И это нужно было прочувствовать до конца.

Но оставаться здесь дольше было нельзя. Не затем она ушла в видение, чтоб теперь в свое удовольствие гулять по приятному для нее лесу. Хотя и этот элемент видения следовало както осмыслить. Чуть позже, разумеется. Она сделала над собой усилие и, испытав мгновенное ощущение полета, обнаружила, что стоит в колоннаде Казанского собора. Когдато здесь, по этой гигантской галерее с массивными мощными колоннами гуляли и общались питерские неформалы, молодежь, которая не могла позволить себе ходить по клубам, но общаться хотела. Потом колоннаду закрыли простенькими металлическими решетками, и она опустела, а неформальная молодежь подыскала себе другое местечко.

Но сейчас решеток здесь не было. Между колоннами полз туман, он же густо заткал сквер и неработающий фонтан, а противоположная сторона Невского проспекта, в том числе и темное здание с глобусом на угловой башенке - старый «Дом книги», потом превратившийся в офисное здание, а теперь набитый маленькими мастерскими - благодаря выгодному расположению и огромным окнам. Она оглянулась. Колоннада была пуста, но по ней, по крайней мере, теперь можно было спокойно пройтись из конца в конец.

А потом она ощутила чьето присутствие за спиной. Обернуться девушка не могла себя заставить, просто это почемуто совершенно не хотелось делать. Куда важнее был разговор. А то, что разговор будет, Кайндел знала наверняка.

– Привет, - проговорил голос.

– Привет.

Они помолчали.

– А здорово, что есть возможность поговорить вот так, спокойно, без спешки, - сказал он.

– Ты о чемто хотел говорить со мной?

– Ну да, - короткий мягкий смешок. И хотя в смехе обычно проявляется индивидуальность человека и по смеху знакомца можно узнать даже в кромешной темноте, ничего знакомого Кайндел в этом звуке не почувствовала. Значит, либо собеседника она знала давно, и видение вернуло ее в сферу ощущений, которые она просто не помнила, либо человека она не знала вовсе. Это все девушка отметила мимоходом, по укоренившейся привычке.
– Ведь многие, очень многие задавали тебе этот вопрос, и ты каждому находила что ответить, но не отвечала в сердце своем.

– Почти разговор духовника с новообращаемым…

– Ну что поделать, если в большинстве именно священники находят самые правильные вопросы. И самые правильные ответы.

– Только непонятные. Потому что туманные.

Снова короткий смешок.

– Но ты же знаешь свойство истины. Тому, кто еще не дорос до нее, она представляется набором ничего не значащих образов, в общем, полной бессмыслицей. Ее надо самому выстрадать…

– Не обязательно страдать, - усмехнулась она, - чтоб стать мудрым. Достаточно просто пройти до конца намеченный путь.

– А ты уверена, что идешь правильным путем?
– живо вступил голос.

– Конечно. Иначе б не шла…

– Ой ли?… Ты перешла на другую сторону и помогаешь устанавливать свою власть главе ОСН… Но ведь ты прекрасно понимаешь, что любая власть порочна по сути своей.

– Положим, так, - улыбнулась девушка.
– Но без нее пока не обойтись. Такова уж природа человека: стремясь упростить себе жизнь, он ее усложняет.

– Хорошо сказано. Однако проблемы это не решает. Что ты будешь делать, если потом окажется, что ты ошиблась?