– Сдается мне, женщинамофицерам ОСН здесь придется несладко, - ухмыльнулась курсантка, не слишкомто обескураженная новым требованием. Даже, пожалуй, наоборот.

– Не говори, - отмахнулся мужчина.
– Багира уже заявила, что в Иаверн ни ногой. Ну ее можно понять, я ее уже больше двадцати лет в платье не видел.

– Больше двадцати?! Сколько ж ей лет?

– Не так и много, всего тридцать шесть. Только ей не говори, что я тебе называл ее возраст. Боюсь, она не поймет.

– Обещаю.

– И еще об одном задании хочу напомнить - к правителю присматривайся. И вообще к местным шишкам. Помнишь, не так ли?

– Помню.

– Отправляйся.

– Есть!

Она уже почти и забыла, каково это - регулярно и упорно заниматься. Конечно, время от времени у нее случались тренировки, но всетаки не столь напряженные, какими они были для других - наставники щадили ее, гдето послабляли, гдето не придирались, делали вид, что все хорошо. Да и она сама вынужденно щадила себя, задумываясь о том, на что еще, помимо учебы, ей предстоит тратить силы.

Но, видимо, Офицер решил, что так дело не пойдет, и наставники по его указке взялись за курсантку всерьез. Та лишь стискивала зубы, понимая, что все это на пользу. И даже не упирала на то, что ее работа в Иаверне еще не закончена, и нельзя дать отдых хотя бы голове, если уж тело пребывает в крайнем напряжении. Чаще всего ради присутствия на допросах ей приходилось тратить свое личное свободное время, но еще труднее было выбрать те из занятий или тренировок, которые менее важны. Потому что каждый навык из приобретенных теперь впоследствии мог спасти ей жизнь.

Рано утром, еще толком не проснувшись, она вместе со всеми выскакивала на снег, под темнокобальтовое небо, и, пока бегом огибала замок, успевала налюбоваться на занимающийся рассвет. Потом была разминка, после которой под хмурым взглядом Офицера Кайндел бежала переодеваться в платье, а потом и завтрак. Девушка торопилась скорее поесть, чтобы выгадать хоть десятьпятнадцать минут свободного времени до начала теоретических занятий, и поэтому обычно все шутки Ильи за столом просто пропускала мимо ушей. Но тот не иссякал, каждый раз придумывал чтонибудь новенькое, и лишь потому, что курсантка чувствовала - его всего лишь подстегивает любопытство, невыносимое желание узнать, чем же это таким приятельница занимается по указаниям главы ОСН - она на друга не обижалась.

– Слушай, чем изощряться в остроумии, - заметила она както, - лучше б газетку почитал. Читать за едой - самое то. Очень помужски.

– Да эта газетка двухнедельной давности! Если б ты почаще навещала нас, сирых и убогих, недостойных носа сунуть в ваши суперважные дела, то знала бы об этом.

– Илья, отстань от нее, - мягко предложила Лети, заканчивая расправляться с салатом.
– Она слишком занята, чтоб следить за датами на газетах. Побольше, чем ты, занята, заметь.

– Пушистик, не защищала б ты так свою подругу, если б пребывала в состоянии столь же острого сенсорного голода, как мы.

– Что?
– удивилась иномирянка, чей словарный запас пока еще оставлял желать лучшего.

– Лети, он просто сказал тебе, что ему страсть как любопытно знать, чем я занимаюсь, - спокойно пояснила Кайндел.
– И он уверен, что ты точно так же сгорала бы от любопытства, если б мы не дружили, и я тебе ничего не рассказывала.

– Но ты же мне почти ничего не рассказываешь…

– Илья никогда в это не поверит.
– Девушка поднялась и понесла поднос на столик, откуда грязную посуду забирали местные служанки.

У выхода из залы, отведенной гостямкурсантам под трапезную, тверичанин ее догнал. Она собралась было устроить ему отповедь, объяснив, что все, чем она занимается, можно считать секретным, но по выражению лица поняла, что речь пойдет о чемто другом.

Хмурился Илья без какоголибо намека на шутку.

– Слушай, ты последнее время совсем не появляешься на стрельбище.

– Я в стрельбах смысла не вижу.

– Что значит «не вижу»? Ты же стреляешь плохо!

– Зато заклинаниями мажу хорошо. По нынешним временам это важнее.

– Бабушка надвое сказала, что там важнее. У нас вся команда ходит, включая Лети, у которой после трех выстрелов АПС из рук вылетает!

– Нашли что Лети давать. Вы бы ей еще «Беретту 951 R» дали…

– Бывают пистолеты и потяжелее, - пробормотал Илья.

– …Или станковый пулемет. В одну руку.