– Теперь тебе следует поставить мне диагноз. Изречь уверенное предположение, что была у меня в жизни трудная неразделенная любовь, девушка вела себя неподобающе, и это меня озлобило.

– Неа!
– Кайндел не удержалась от улыбки.
– Ты позабыл о женской солидарности. Наоборот, это ты вел себя отвратительно по отношению к девице, не желаешь в этом признаваться, и всю вину возложил на нее. Тебе проще признать всех вокруг баб стервами, нежели допустить, что ты не прав.

– Да, этот момент я упустил. Так что? Вердикт вынесен и обжалованию не подлежит?

Им было, на удивление, легко общаться. Казалось, не было только что опасной и нелегкой погони, не было и между ними сложных, до сих пор невыясненных отношений. Они, словно два старых друга, сидели спокойно в какомнибудь уютном пивном заведении, цедили светлое или темное пиво, закусывали тостами с сыром и чесночком и ни о чем плохом не думали. Отдыхали, словом. Общность их душ девушка почувствовала с пугающей остротой, однако объяснила это тем, что теперь они принадлежали к расам куда более близким друг к другу, чем альвы и люди.

– Почему же вердикт, - спокойно ответила она.
– Я не считаю себя существом, сильно подверженным стереотипам. Однако в силу специализации вынуждена руководствоваться определенного рода стереотипами. Как человековед…

– Отменно! Это будет новая наука - человековедение!

– Возможно. Так вот, в силу своей специальности я опираюсь на всевозможные стандарты, многие из которых оправданны более чем в девяноста девяти процентах случаев. В данном случае ты резко выпадаешь из стандарта, являясь при этом необычайно целостной личностью.

В полной темноте неосвещенного салона она заметила, что мужчина улыбается. Правда, не польщенно, скорее так, как может улыбаться отец очаровательным в своей глупости выходкам любимой дочери. Умиляясь.

Сама Кайндел при этом столь явно покровительственному отношению совершенно не обиделась. Наоборот, умилилась в ответ.

– А ты всерьез полагаешь, что цельной может быть лишь стандартная натура?
– полюбопытствовал он.
– Я думал, эти заблуждения никто, кроме человеков, не разделяет…

– Вообщето стандарты - не такая уж и глупость. Если раскидать представителей каждой расы по типажам, то ты увидишь, что они верны в большинстве случаев. Остальные примеры вполне укладываются в разряд исключений. Я знаю, что не только стандарт может быть цельной личностью, но ему этого значительно проще добиться.

– Значительно проще поверить, что он таков, это да. Но вообще я понял, о чем ты говоришь. Если бы было возможно разложить человеческую натуру по полочкам, структурировать и описать, это здорово упростило бы жизнь тем, кто способен понять и воспринять эти тонкости. И больше никогда не сталкиваться с неожиданностями.

Девушка пожала плечами.

– Здесь нет ничего действительно сложного. По крайней мере, для существа моей специализации.

– А разве ты не сталкивалась с неожиданностями, выстраивая отношения с самым близким человеком?

Произнеся это, он бросил на нее полный сомнения взгляд, который Кайндел даже не поняла, а почувствовала - собеседник, еще только произнося фразу, уже сомневался, стоило ли испытывать терпение спутницы, теперь же сомнения укрепились. Впрочем, еето вопрос, явно касающийся бывшего мужа, оставил совершенно равнодушной.

– Это ситуация, явно укладывающаяся в стандарт, - спокойно ответила она.
– Я не хотела понимать, что именно происходит между нами - я и не понимала.

Рейр снова покосился на девушку с сомнением, но продолжать расспросы не стал. Совершенно неожиданно он свернул с шоссе на боковую лесную дорожку, проехал вглубь соснового леса несколько километров, еще раз свернул, на этот раз на разбитую тропинку, куда автомобиль вписался едваедва, и вскоре остановился у сумрачного ельника, на ровном, густо присыпанном хвоей участке земли, заглушил мотор.

– Тебе надо поспать, - сказал он, отстегивая ремень безопасности.
– Я откину тебе спинку кресла, будет удобно. В багажнике есть подушка и одеяло, сейчас дам. Есть хочешь? Пить?

– Воды, если можно.

– Можно. Ложись.
– Он ловко откинул спинку ее кресла.

– А ты?

– А я ходовую посмотрю. Потихоньку, мешать не стану.

– Да мешай, пожалуйста.
– Курсантку зевнула. Спать хотелось настолько, что автомобильное кресло в машине, принадлежащей, по сути, врагу, показалось удобнейшим и безопаснейшим в мире ложем.