Хорошо, что Славик сильно размахнулся и случайно попал мне в бок локтем, а то я бы так и думала до утра. К чему?..

Часа в два мы ходили к елке, поставленной недалеко на площади, где потеряли обоих незанятых парней и Наташу. Не знаю, нашли ли их, потому что я, наконец, вымоталась и ушла домой спать.

Так же быстро пролетел сессия, не вызвав у меня совершено никаких осложнений. Половину зачетов я получила автоматом, да и вообще плохо понимала, как можно что-то не сдать. Разве что с языками было сложновато, они давались мне с трудом, самостоятельно изучать их замучаешься, а нанять репетитора, естественно, не на что.

Единственное, что было неожиданного — Цукенина все-таки смогла мне отомстить.

В тот день я опаздывала на зачет, зимой автобусы стали простаивать в таких пробках, что хоть за два часа выезжай. И не факт, что успеешь. Я опаздывала почти на час и бежала бегом.

Нужная мне аудитория располагалась в конце коридора, дотуда я не дошла.

— Стой! — Цукенина и еще парочка девчонок стояли у окна почти вначале, прямо у лестницы, с которой я выскочила, — в 317 перенесли. Мы уже сдали.

Я, недолго думая (а зря) бросилась в 317, обрадовавшись, что она ближе. Хоть на полминуты, но опоздаю меньше.

Залетела в кабинет и застопорилась. Свет не горит, вокруг ни единого человека, пустые места… Только легкое движение слева. И что это?

У стены Танкалин с какой-то девицей, на этот раз рыжей, явно тут не экзамены сдавал. До дела, похоже, не дошло, но и оставалось немного. Кстати, стоит, наверное, отвернуться, зачем же так пристально на них смотреть? Я слышала, конечно, об экстремальном сексе, но не думала, что любители подобных развлечений рискнут заниматься им прямо в институте.

Девица громко расхохоталась и только тогда я увидала лицо Танкалина. Нет, инстинкты все-таки вещь отличная, потому что развернулась и бросилась бежать я раньше, чем сообразила, что это стоит сделать. Благо сапоги у меня без каблуков, не люблю на них ходить.

Лестница, на которой ждало спасение была уже совсем близко, а там попробуй пойми куда я свернула. Лучше, наверное, бежать вниз, там народу много. Или в туалет напротив, там защелка. Уже прикидывая, где лучше спрятаться, я почувствовала сильный рывок назад. И просто свалилась с ног, но Танкалин, как ни странно, ронять меня не стал, а даже поддержал.

— Ты что себе позволяешь? — зашипел, нагибаясь к моему лицу. Его возбуждённый вид мне совершено не понравился. Впрочем, как и любой другой.

— А что я себе позволяю? — попробовала я свалять дурочку.

— Ты меня преследуешь?

— Что? — Ушам своим не верю, вот это самомнение!

— Хочешь оказаться на ее месте? — вкрадчиво спросил этот хам. Ого, как гормоны играют, его, пожалуй, стоит отправить назад к этой его э-э-э даме, пока на нормальных людей бросаться не начал.

— Да пошел ты! — я озверела. — Я, между прочим, не в спальню к тебе ворвалась, а в кабинет, где экзамен должен был идти!

— Не верю, — и еще ближе. Его хищный взгляд вдруг превратился в какой-то оценивающий и это не просто настораживало, это… пугало! Похоже, мозги у него отключаются, когда он на взводе. Значит, нужно переключать внимание на что-нибудь другое.

— Танкалин, не устраивай сцен. Тут вокруг полно народу. Хочешь всем сообщить, что случилось? — ровно прошипела я. Тянуло врезать коленом промеж ног, но сложно врезать человеку, когда он к тебе так прижимается. Кстати… он ко мне прижимается? Я быстро отшатнулась.

— Остынь!

На этот раз Танкалин остался стоять на месте и рук больше не распускал. Разве вообще так нормально, что даже неважно, кто? Точнее, кого? Мерзость какая…

Краем глаза я увидела, с каким интересом на происходящее любуется Цукенина с подругами. В руке одной из них мелькнул телефон. Нужно быстрее сматываться, пока не засняли, хотя уже вроде и нечего снимать. Эх, Цукенина… И все равно не могу на нее разозлиться!

Зачет я сдала на автомате.

Две недели до начала занятий мы со Стоцким проработали на выставке оборудования для очищения воды. Заплатили, кстати неплохо, на месяц при моих разумных тратах должно хватить. Да и весело было. Наш павильон явно пользовался успехом. Сергея вырядили в форму из обтягивающих штанов и расстёгнутую на несколько пуговиц рубашку, а меня в короткую юбку и блузку с низким вырезом, поверху — корсет. В общем, посетители ходили, похоже, не столько изучать предложенный товар, сколько глазеть на нас. Но это без разницы, платят — и замечательно.

В последний рабочий день, 12 февраля, на работу я опоздала. Отовралась, что проспала, не говорить же правду? Тем более такую глупую. Просто дело в том, что я сама не заметила, как в переходе метро застопорилась и простояла полчаса, разглядывая цветные открытки на стенде у книжного киоска.

И только потом поняла, почему. Тому безупречному молодому человеку, который появлялся в моем воображении последние несколько лет, стоило вспомнить о Косте, сегодня исполнилось двадцать. Как и настоящему Танкалину.