– Да и, сказать честно, я рада-радехонька была, что старуха мне послабление насчет Милы сделала. О причине такой внезапной любви старухи к Миле я боялась даже и спрашивать. А вдруг передумала бы бабка? И что? Снова сидеть с ней целыми днями и ночами напролет? А так я – под предлогом встреч с Милой – и к Карлуше на работу устроилась, и по магазинам всегда могла пройтись. Машину себе купила, чтобы мы с Милой могли кататься! Петровна мне и словечком не возражала. Если я собиралась кудато с Милой, она отпускала меня тут же и беспрекословно!

– И она не спрашивала отчета о ваших прогулках?

– Еще как спрашивала! Всю душу из меня вынимала! До словечка требовала подробного пересказа – где мы были да о чем разговаривали. Только ведь и я не дура! Язык у меня отлично привязан! Наплету бабке с три короба, а она сидит, обмозговывает про себя чтото. Шепчет себе под нос, шепчет… А я сижу себе и думаю: ну и пусть шепчет! Главное, что ко мне не привязывается, слава тебе, господи!

– Но что именно интересовало Петровну? О чем она тебя расспрашивала особенно усердно?

– Все ее интересовало! И как у Милы дома все обстоит. И насчет фотографий ее родителей, и бабушки, и сестры она любопытствовала. Все хотела знать! И как они живут. И о чем говорят. И что у Милы в голове творится. И есть ли у нее парень. Ну все-все-все!

Постепенно до Аюши – как она ни гнала прочь эту мысль – стало доходить, что такой пристальный интерес Петровны к ее подруге и ее семье должен быть вызван какимито глубокими причинами. Потому что, несмотря на всю свою чудаковатость и злобность, Петровна всегда четко знала, чего она хочет.

Но чего она могла хотеть от Милы и ее родителей, которые не обладали ни большим богатством, ни властью, ни прочими реальными ценностями, Аюша понять не могла. Однако она видела, что за приветливой улыбкой Петровны, какой она неизменно встречала Милу у себя дома, кроется волчий оскал.

Аюше даже страшно делалось, когда она видела, какой лютой ненавистью ненавидела старуха эту девушку. Но за что? В чем причина такой ее ненависти, Аюша решительно не понимала. Мила всегда была безукоризненно вежлива с Петровной. И потом, Петровна ведь сама выбрала из толпы народу именно Милу. И это сама Петровна велела Аюше подойти к Миле и познакомиться, сказав, что эта девушка – незаурядная, серьезная, не чета другим пустоголовым современным дурам и кокеткам!

Кстати говоря, сколько ни общалась Аюша с Милой, она так и не смогла понять, в чем же причина такой вначале любви, а затем ненависти к ней Петровны. Мила не казалась Аюше такой уж яркой личностью, способной вызвать бурю эмоций. Значит, дело было вовсе не в девушке… А в чем? Этого Аюша не понимала, пока однажды Мила не проговорилась ей, что раньше их семья занимала далеко не последнее положение в обществе. У них были деньги, земли, дорогие наряды, драгоценности… И вот тут в голове у Аюши чтото щелкнуло.

Больше всего на свете Петровна любила деньги. Аюша в жизни своей не встречала такого патологически скупого человека. Правда, родной отец Аюши тоже был весьма прижимист. И Аюша частенько сравнивала этих двоих – отца и старуху. И неизменно делала пугающий для самой себя вывод. Ее отец с годами имел все шансы превратиться в такую вот жадную Петровну. Или всетаки нет?

– Отец тратил деньги не на самого себя, но на своих близких. Он их не жалел. А Петровна, сколько я ее знала, никогда даже медной копейки никому не дала. Только к моему отцу она питала какуюто странную слабость. Но и он, надо сказать, сторицей возместил Петровне все ее траты!

Тем более странным выглядел поступок Петровны, когда она однажды вечером внезапно заявила Аюше:

– Если все сладится в этом деле помоему, подарю тебе это вот кольцо! Не думай, что это какаянибудь дешевка! Да ему цены нет! Камень – настоящий бриллиант! И само кольцо стоит немало! Мне его мать оставила, а она была дворянского рода, из очень знатной семьи!

Впервые Петровна заговорила о своем прошлом. И конечно, Аюше стало интересно. Но Петровна очень быстро свернула этот разговор. Нахмурившись, она приказала Аюше:

– Глаз не спускай со своей подруги! Уверена, она скоро сделает то, чего я от нее ждала все это время. Да это и правильно! Старый пес сдох! Бабка ее тоже не молодеет! Небось, охота ей перед смертью на драгоценности поглазеть. А если повезет, так и спустить их и денежки себе прикарманить! Чужое – ведь оно завсегда желаннее своего!

Аюша тогда удивилась и спросила, о каких драгоценностях идет речь. Старуха переменилась в лице и рявкнула:

– Пошла прочь, девчонка! Твоя роль – следить за Милой! Докладывай мне о каждом ее шаге! И получишь кольцо, как я тебе обещала! Моя мать всегда держала свое слово. И мне тоже придется! Перед богом тебе клянусь: выйдет все помоему, как матерью моей задумывалось, – получишь ты это кольцо. Ничего дороже для меня в этой жизни нету, вот его я и ставлю на кон!