— Для начала спой ту, что обещал, — попросила девушка, пересаживаясь в креслице поближе к музыканту и поворачиваясь к супругу спиной. Она была очень обижена. "Сидит с таким лицом, будто я ему жизнь испортила! — уязвленно думала она. — Хотя кто кому ее портит уже который день — это еще вопрос!" Нэрис взяла в руки чашу с ягодной наливкой и, решив не портить себе настроение мыслями о неблагодарном лорде, кивнула волынщику:

— Играй, Томас!..

— Извольте!.. — он с готовностью опустил пальцы на струны. По зале поплыла знакомая нежная мелодия.

— Дождливой ночью прячет тень

Под вереском следы…

Каменное лицо Ивара исказилось в странной ухмылке, которая больше напоминалаа оскал. Лорд МакЛайон опрокинул в себя виски и утер губы рукавом.

— Никто, ни сторож, ни олень

Не ждет сейчас беды…

Бывший королевский советник сжал в кулаке ножку вновь наполненной заботливым виночерпием чаши и скрипнул зубами, словно от боли.

— Лишь я один крадусь, как враг…

— Хватит! — вдруг отрывисто приказал лорд. Нэрис вздрогнула и обернулась. Лютня издала жалобную трель и умолкла.

— Ивар, ты чего?.. — изумленно привстал Томас.

— Леди, идите к себе, — велел лорд МакЛайон.

— Но я…

— Мне попросить Эйнара вас проводить?! — в голосе его зазвенела сталь. На щеках девушки выступили красные пятна:

— Не беспокойтесь, я сама найду дорогу!

Она рывком поднялась на ноги. Томас тоже вскочил.

— А ты сиди, — Ивар перевел на друга тяжелый взгляд. Лицо Творимира вытянулось. Волынщик, не сводя глаз с командира, сделал шаг назад:

— Не надо, Ивар…

— Да что тут происходит?! — не сдержавшись, воскликнула Нэрис и ойкнула — музыкант быстро прижал ее к себе спиной, приставив к горлу ошарашенной девушки короткий охотничий нож. Русич медленно поднялся со своего места.

— Творимир, сядь, — сказал Томас. — В моем положении средства выбирать не приходится, ты же понимаешь… Простите, моя леди. Вы здесь не при чем, просто оказались не в том месте и не в то время!.. Ивар, я не шучу. Если он сделает хоть шаг вперед…

— Творимир, сядь, — повторил за волынщиком лорд МакЛайон. В отличие от своего телохранителя, он и не подумал вставать с кресла. — Я предупредил ребят, зал в кольце. Том, отпусти ее.

— Нет, — покачал головой волынщик. И улыбнулся:- Зал в кольце спящих тел, командир. У вас и вправду изумительные снотворные капли, леди…

— Что?! — ахнула она.

— Я прихватил бутылочку, на всякий случай, — сказал Томас. — Нет, не сейчас — к вашей спальне, увы, не подойти и на пять локтей. Еще тогда, когда заходил за болиголовом. У вас же не одна склянка снотворного в запасе, моя леди?

— Уж никогда бы не подумала, что ты так в этом разбираешься! — в бессильной злости буркнула она.

— Мой отец был деревенским лекарем, — отозвался рыжий. — Мечтал, что я пойду по его стопам… Увы, меня больше тянуло к музыке!.. Как дедушку. Но папиных уроков я все-таки не забыл.

— Какая жалость…

— Том, и без наших бойцов в замке полно охраны, — Ивар поднес к губам чашу. — Или норманнскую дружину ты тоже опоил?..

— Нет, это мне, к сожалению, не удалось, — вздохнул волынщик. — После того случая с лордом Кэвендишем они даже за водой сами к колодцу ходят!

— Действительно, — усмехнулся бывший королевский советник, делая глоток:- Надеюсь, мой виски не отравлен?

— Даже пожелай я его отравить, у меня бы не вышло. Творимир всё вперед тебя пробует, — Томас невесело улыбнулся. — И зря.

— Отчего же? Тебе было удобнее всех.

— Да, я знаю. Эта парочка, мечтающая о шотландском троне, тоже так говорила… — волынщик перестал улыбаться. — Я отказался. Вероятно, они решили, что из-за Творимира, когда узнали, кто он есть на самом деле. Чушь. Оборотня ведь тоже можно убить. И я знаю, как.

— Ну так что же тебя остановило, друг?..

— Вот последнее и остановило, — рыжий с усмешкой покачал головой:- Я знаю, в свете последних событий это звучит странно… Ну да понимай, как хочешь. Для такого дела есть те же Ножи.

— Ничего не понимаю, — пробормотала девушка. — Стало быть, ты с ними заодно был? Зачем же ты тогда того убийцу на дороге зарезал?!

— Обознался, моя леди, — хмыкнул Том.

— Что?..

— Тебе следовало все-таки прочесть письмо этой Флоренс, — сказал Ивар. — Зря ты так сердилась на меня из-за этого. А Том тогда, на дороге, и вправду обознался… Ты же думал, что это твой человек, да, Том?.. — лорд взглянул на волынщика. — Тот, который разносил вино на свадьбе, тот, с которым ты разговаривал в Перте, выдав его за какого-то родственника какой-то бывшей подружки. Тот самый, с которым ты беседовал у высохшего колодца, там, на переходе…