— Поня-а-тно, — протянул Саша, — За компанию, значит. Бывает.

Арника улыбнулась:

— За компанию обычно много глупостей делается.

— Да знаю я, — отмахнулся Видибальд и придвинул кружку, — А где все наши?

— Да почти все на кораблях, скоро явятся… О! Кстати — не они ли?

Где-то рядом, за углом, послышался быстро приближающийся топот, затем показались двое бегущих. Нет, это были не вандалы — негры. Двое молодых парней, один с красноватой кожей, длинный, второй — невысокий, худенький. Пробегая, оба испуганно покосились на широко распахнутые двери таверны, на вывеску, ту самую — «Кока-кола». Пронеслись мимо… И тут же вернулись, затормозив так, что едва не упали. Невысокий парнишка что-то прошептал, испуганно оглянулся и, вбежав в таверну упал на колени:

— Хелп ми, плиз! Эд муа… ну… Силь ву пле, месье!

Тут же в таверну забежал и второй парень — длинный.

И тоже бухнулся на колени:

— Хелп! Плиз!

Александр с Катериной переглянулись: они уже догадались, в чем тут дело. В «Кока-коле», конечно же! В вывеске.

— Это не вас там на рынке ловят? — по-французски спросила Катя.

Заслышав знакомый язык, беглецы радостно переглянулись и дружно кивнули:

— Нас!

— Ох, мадемуазель, наши преследователи скоро будут здесь, совсем скоро! О, это страшные люди.

— Так, вот что… — Саша с грохотом поставил на стол кружку, — Давайте на второй этаж, Катя проводит. А ты, Видибальд, дашь по башке любому, кто захочет сунуть свой любопытный нос в наш дом!

— О, это запросто, клянусь Донаром и посохом святого Петра, — Дубинушка ухмыльнулся и, проводив глазами быстро поднимавшихся по узенькой лестнице негров, спросил: — А мы что, теперь укрываем беглых?

— Это хорошие люди, дружище, — усмехнулся молодой человек — Они нам очень и очень пригодятся, поверь мне.

— А-а-а, понятно.

Здоровяк снова уткнулся в кружку. По лицу его было видно, что он ни черта не понял, но предпочел глубоко не вникать. Он вообще ни во что не вникал глубоко, кроме чистки меча и заточки секиры.

Никто из догоняющих в таверну так и не заглянул, промчались мимо. То ли и не подумали даже, что беглые рабы могли обрести укрытие в таверне, то ли побоялись маячившего у дверей здоровяка Видибальда. Кому охота связываться с варварами? Спросишь их о беглецах, еще обидятся! По башке секирой точно получишь.

Допив вино, Александр подозвал мальчишку-слугу:

— Отнеси наверх еды и вина, Авель.

Парнишка молча поклонился и убежал на кухню.

Юркий был паренек, неглупый и работящий, правда, малость пришибленный — собственной тени боялся. Видать, досталось по жизни.

— Дубинушка, дождись наших, и пируйте, — Саша поднялся на ноги и, подойдя к лестнице, обернулся. — А я чуть позже спущусь.

На втором этаже здания всегда царила приятная полутьма: узенькие оконца не пропускали слишком много света. Войдя в гостевые покои, Александр уселся на низкое ложе и с некоторой жалостью посмотрел на жадно поглощавших еду парней. М-да, доходяги!

— Архипелаг ГУЛаг, — тихо пробормотал Саша.

Оба беглеца разом вскинули глаза:

— Что вы сказали, господин?

— Ешьте, ешьте, — Александр махнул рукой, — Не беспокойтесь, никто вас тут не тронет. Потом расскажете мне кое-что.

— Да мы хоть сейчас…

— Я же сказал, ешьте.

Наконец парни насытились и, судя по всему, были готовы к обстоятельной и неторопливой беседе. Говорил в основном худенький — нигериец из племени ибо, звали его Луи Боттака. Его приятель, длинный краснокожий фульбе по имени Нгоно, больше молчал и все время улыбался, время от времени кивая головой и поддакивая.

Да уж, парням пришлось пережить немало! Шхуна «L'Etoile», на которой они плыли в надежде добраться до Франции, внезапно попала в шторм, во время которого налетела на рифы и разбилась в куски.

— Понимаете, ведь на берегу горели костры. Капитан, верно, подумал, что они обозначают безопасное место. А там…

— А там оказались рифы, — с усмешкой перебил Александр, — Знакомая картина. А дальше вас посадили в сарай в какой-то гнусной деревне!

— О да, господин. Нас всего трое спаслось: я, Нгоно — он теперь мне как брат! — и еще был Бенжамен, малиец. Бедный, бедный Бенжамен! Его убили. Просто так — пронзили копьем, прямо насквозь! Вот тогда-то мы и поняли наконец, где оказались. Хотя Нгоно в это до сих пор не верит, верно, Нгоно?

Нгоно лишь пожал плечами и улыбнулся.

— А что ты сам-то понял? — негромко спросила Катя.

Луи вздохнул:

— Понял, что мы в каком-то другом, древнем времени. Понимаете, я же учился в школе. Нас продали в рабство, еще втроем. Потом бедняга Бенжамен ударил надсмотрщика и его закололи копьем. А нас просто избили, видать, работорговец не хотел портить товар и терять деньги. Нас купил один фермер, или как они тут называются. Мы работали, тяжело, копали землю. Было не убежать — следили. Потом фермер разорился, нас повезли в город на рынок, мы и решили бежать! Понимаете, я раньше еще заметил, что вдруг пропало все современное — автомобили, скутеры, вывески… И вдруг на бегу увидал — «Кока-кола»! И сразу подумал: это кто-то из нашего мира. Я и раньше думал, что мы можем здесь быть не одни!