— Ну, в клуб сходи.

— Ты там была? Нет, — Светка подняла руку, чтобы остановить мои возражения, — я не говорю, что там все уродины или дуры, но, реально же, приходишь, берешь себе пива, сидишь, рассматриваешь всех. Не к каждой понравившейся еще и подойти можно. А чаще — напиваешься и сваливаешь, вот и вся любовь. Или в Интернете сидишь, на «одноклассниках» тех же. Я тут с одной переписывалась пару недель, красивая девчонка.

— Ну? Я все пропустила со своими приключениями.

— Да ничего ты не пропустила, нечего пропускать. Решили встретиться. Прихожу, а она в три раза толще, чем на своих фото.

— Ну, Светк, ты несправедлива. Ты и сама, прости, не тростиночка.

— Спасибо, друг. Но что поделать, если мне нравятся именно стройные девушки.

— И что ты сделала?

— Ничего, погуляли, поговорили о какой-то фигне. Я ушла. А она потом звонила еще неделю, смс писала, пока я не объяснила ей причину.

— Так и сказала что ли? — Я возмутилась, представив, каково любой девушке слышать: «Извини, но ты малость того, толстовата для меня».

— Ну почти. Сказала, что не могу с собой ничего поделать, что она, конечно, человек хороший, но мне нравятся худенькие.

— Ужасно. Ты, Светка, чудовище! Не могла придумать что-нибудь другое?

— Неа, мне лень было. Она обозвала меня любительницей анорексичек и послала куда подальше.

— Правильно и сделала.

— А что, думаешь, раз я одна, то должна кидаться на кого попало?

— Да не в этом дело, просто жалко девушку. Мне бы кто сказал, что я слишком толстая, или, что у меня, например, нос кривой, я бы, может быть, и комплексовать начала.

— У тебя и так сплошные комплексы. Тебе бы думать поменьше, может быть, и жилось бы получше.

— Гениально. Ты, друг мой, гений.

— Да ладно, хватит тебе. Понятно, что все не так просто. А с Женькой вы вообще не общаетесь?

— Совершенно. Уже недели три, как минимум.

Светка потянулась за валяющимися рядом сухими ветками, чтобы подкинуть их в костер.

— Скучаешь?

— Даже не знаю. Иногда — очень. Но — смысл? Ты ее видела?

— Конечно. Я у нее ночевала несколько раз. Недавно ездили в клуб вместе.

— Ничего себе! Ну и как? Как у нее настроение? Наверняка, зажгла там, в клубе?

— Ревнуешь?

— Ну, да. Ревную еще.

— Можешь не ревновать. Сидит твоя Женька дома по вечерам, одна как перст. Пьет виски. Играет в компьютерные игры. И в клубе она весь вечер просидела за столиком.

— Не может быть.

— Знаешь, я, конечно, не вмешиваюсь никогда. Тем более, вы обе — мои подруги. Но. Может, зря вы так? Может быть, вам, все-таки, не расставаться?

— Светк, ты же сама, помнишь, уговаривала меня, что с этим человеком мне нечего делать. Ты же сама считала, что у нас ничего не получится.

— Ну да, раньше считала, теперь — нет. Она, правда, изменилась очень. Если бы мне кто-нибудь год назад сказал, что Женька станет такой, я бы не поверила. Ей, правда, никто не нужен, кроме тебя. Она ни с кем не встречается. Я уже ей говорю, да и не я одна, что пора бы и развеяться. Найти себе кого-нибудь, хотя бы просто, чтоб переключиться.

— А она? — Мне было очень радостно это все слушать. Я даже не ожидала, что — настолько. Я представила себе Женьку, сидящую перед телевизором вечером, или работающую за своим компьютером. И что-то во мне совсем загрустило.

— А она говорит, что ей просто не хочется. Что ей никто не интересен. Что она и думать не может о том, чтобы с кем-то сейчас переспать. Она тебя любит. Очень. Ты ей не говори пока, что ты тут… с Кирой… Даже, если вы начнете серьезно встречаться. Мне кажется, Женька сейчас этого не переживет.

— Давай котелок повесим. Сходишь за водой, а я пока картошку почищу.

— Сменила тему?

— Нет, просто есть хочется, — улыбнулась я.

— Я смотрю, у тебя настроение поднялось, — ехидно отметила Светка. — Все-таки, тебе не так и безразлично, как Женька к тебе относится.

— А толку-то? — я немного разозлилась. — Если, когда мы рядом, моментально начинается война.

— Она думает. Правда. Она понимает, что была не права.

— Мы все это понимаем, когда теряем то, что не хранили, — Я швырнула в костер сосновое поленце с маленькими веточками, огонь затрещал, выбросив в темное пространство маленький салют искр. — Мы, правда, пытались, Светкин, и понимать, и терпеть. Но мне кажется, ей хорошо только тогда, когда я пляшу под ее дудку, когда рядом человек без проблем, без усталостей, плохих настроений, трудностей каких-то. Такой вечно улыбающийся робот.