— Подожди, — тормознул его Буль. — Много с ней там сэйлов?

— Отец, мать и ее ангел-хранитель Арсен.

— Ой, многовато что-то. Давай так: когда мы пойдем, попроси удалиться всех лишних. Потом Женя станет инструктировать вашу принцессу, а я ему помогу, — раздал команды Буль и, обернувшись к биологу, спросил: — Ты все по делу уяснил?

— Все. Идем! — ответил Женя ангелам и неожиданно оказался лицом к лицу перед созданием небесной красоты, стоящим на зеленой цветущей лужайке.

В отличие от Лена эта девушка была светлее, мягче, нежнее. Легкая шелковая туника прикрывала ее тело, но она совершенно не мешала заметить стройность и легкость фигуры неземной красавицы. Основной оттенок шерстки был золотистым, темнея до медно-коричневого на голове и затылке, а от подбородка вниз шел вообще чисто-белый атлас тончайшего подшерстка. Тонкие черты лица и красивый абрис чувственного рта выдавали в ней какую-то внутреннюю высокородность. Тонкие брови черными ниточками оттеняли светлые веки, продолжавшиеся белыми полосками на висках и теряясь в пышной свободной прическе, делая ее как бы мелированной. Но больше всего Женю поразили своей выразительностью ее огромные глаза под густой опушкой ресниц. Он просто тонул в этих изумрудных озерах. Широко расширенные вертикальные зрачки выражали крайнее напряжение девушки.

Женя поймал себя на странных ощущениях. Ему нравились сэйлы. Ему приятно было смотреть на Ленгли, выглядящего одновременно и утонченнее, и немного хищнее, чем человек. Но это было что-то вроде любования красивой птицей или зверем, а сейчас он вдруг почувствовал, что воспринимает эту юную дочь Сэйлара как-то странно, слишком уж по-человечески. То ли ее волнение и яркие эмоции, написанные на лице, то ли прекрасная, по человеческим стандартам, женская фигура и утонченные черты лица заставляли его относится к ней немного как к женщине, немного как к ребенку, но, во всяком случае, никак не могли оставить равнодушным.

Глядя на дрожащие ресницы и напряженно сведенные брови, Женя вдруг понял: «Она же сильно напугана. Конечно, увидеть эдакую образину!» Ему внезапно стало жалко ангелоподобное создание, и он решил выразить ей всю приязнь и поддержку, на какую был способен. Землянин широко улыбнулся и заявил без обиняков в своем обычном стиле:

— Всегда мечтал спасать таких обворожительных красавиц!..

Лэя, удивляясь себе, почувствовала, как озорная улыбка в мгновение ока превратила инопланетное чудовище в забавное и веселое создание. Но даже сквозь смех ощущался его взгляд, продолжающий внимательно изучать ее. Девушка не могла не оценить комплимент чужака и ответила смущенной улыбкой:

— А я подумала, что кажусь вам большой плюшевой игрушкой, как мой Хлюп.

— Нет, если и игрушкой, то не плюшевой, а шелковой. И потом, у игрушек не бывает таких красивых и умных глаз, — продолжал расточать инопланетные комплименты Женька.

— У нас, наверное, мало времени… — напомнила Лэя о том, что ее пребывание в астрале может оборваться когда угодно.

— И правда! — спохватился Женя и сразу решил исправиться. — Тогда разрешите представиться: мы с планеты Земля. Я — душа человека по имени Женя или Женька, если возникнет желание поругаться. Этот тип сзади — ангел. Зовут его Язык-сломаешь, а короче, Буль. Это еще потому, что он все время булькает, как перегретый чайник. В общем, не ахти что, но за неимением лучшего… Так что прошу любить не любить, но хотя бы жаловать. А передо мной, как я понимаю, находится ангелоподобное и венценосное создание небесной красоты по имени Лэя?

Девушка изумленно пыталась следовать за витиеватой мыслью инопланетянина и не расхохотаться в лицо от его необычно смешной манеры излагать вполне серьезные вещи. «Как же весело и легко можно относиться к обыденным вещам!» Девушка подумала, что начинает немного завидовать этому смешному «чудовищу», которое смотрело на мир как на повод повеселиться. Но это не было пустосмешеством — она чувствовала, что за шутками прячется уважение к ней и попытка найти психологический контакт. А ничего лучше ломающего преграды, чем смех, нельзя и найти. Лэя сама решила пойти ему на помощь и постаралась ответить в том же духе:

— Вы совершенно правы. И моей первой высочайшей просьбой к вам будет немедленно забыть о всяких коронах и перейти на «ты».

— Огромное спасибо! На самом деле это неприлично для развитых и цивилизованных инопланетян выкать друг другу и выпендриваться всякими висюльками и побрякушками, которые они вместе со своими родичами на себя понавесили. Так что рассчитываю, мне будет позволено обзывать тебя Лэйкой, когда буду не на шутку сердиться?

Лэя рассмеялась в голос, будучи не в силах сдерживаться:

— Нет! Можно, если только «на шутку» рассердишься!

— Это как? — выпучив удивленно глаза, зачмокал, словно пробуя на вкус непонятное выражение, Женька. — Что-то сурдоперевод барахлит…

Теперь уже Лэя озадаченно пыталась понять, что значит сурдоперевод. Буль, воспользовавшись паузой, тут же по-деловому встрял в беседу:

— Кончай этот межгалактический базар, а то мы никогда не доберемся до дела.

— Ну, что я говорил? — воскликнул Женя. — Опять забулькал.