— Простите, сестра. Я вовсе не отрицаю силу молитвы.

— Надеюсь.

— Но и не намерена сдаваться.

— Что же ты можешь сделать?

— Увидите.

Керис выскочила из госпиталя, нетерпеливо проталкиваясь между посетителями ярмарки. Ей было странно, что люди могут покупать и продавать, когда в нескольких ярдах человек при смерти. Но нередко и сама она, узнав, что кому-то предстоят роды, желала женщине удачи и отправлялась по своим делам. Суконщица выбежала с территории аббатства и помчалась к дому Мэтти Знахарки. Постучав и открыв дверь, она с облегчением вздохнула: Мэтти дома.

— Гвенда родила, — выпалила она.

— Что не так? — тут же спросила Знахарка.

— С ребенком все в порядке, но у нее кровотечение.

— Послед вышел?

— Да.

— Кровотечение должно прекратиться.

— Ты можешь помочь?

— Может быть. Попытаюсь.

— Скорее, пожалуйста.

Мэтти сняла котелок с огня, надела башмаки и, выйдя из дома, заперла дверь. Керис в ужасе покачала головой:

— Клянусь, у меня никогда не будет ребенка.

Они быстро добрались до аббатства и вошли в госпиталь. Суконщица почувствовала сильный запах крови. Знахарка вежливо поздоровалась со Старушкой Юлией:

— Добрый день, сестра Юлиана.

— Привет, Мэтти, — буркнула та. — Думаешь, можешь помочь этой женщине, после того как лекарства святого аббатства не возымели действия?

— Если ты помолишься за меня и больную, сестра, кто знает.

Этот ответ смягчил монахиню. Мэтти встала на колени возле матери и ребенка. Гвенда лежала с закрытыми глазами и с каждой минутой становилась все бледнее. Младенец сосал молоко, но у молодой матери не осталось сил, чтобы ему помогать. Знахарка распорядилась:

— Ей нужно много пить, но не крепкого. Пожалуйста, принесите кувшин теплой воды, разбавленный небольшой кружкой вина. Потом спросите на кухне, есть ли у них бульон. Нужен теплый, но не горячий.

Мэр вопросительно посмотрела на Юлию. Помедлив, та сказала:

— Иди, но никому не говори, что просила Мэтти.

Послушница быстро ушла. Знахарка забрала повыше платье роженицы и осмотрела живот. Кожа, еще несколько часов назад туго натянутая, обвисла и легла складками. Мэтти одной рукой удерживала расслабившиеся мышцы, а другой осторожно, но твердо прощупывала живот. Гвенда застонала, но скорее от неприятного ощущения, чем от боли.

— Матка мягкая, не сокращается. Поэтому и кровотечение.

Вулфрик, который, казалось, вот-вот разрыдается, спросил:

— Вы можете что-нибудь для нее сделать?

— Не знаю. — Знахарка начала массировать Гвенде живот. — Иногда это помогает.

Все молча смотрели. Керис боялась дышать. Вернулась Мэр с водой и вином.

— Дайте ей немного, пожалуйста. — Мэтти продолжала массировать. Мэр поднесла кружку к губам роженицы, и та стала жадно пить. — Не слишком много.

Послушница убрала кружку. Мэтти все массировала, время от времени посматривая на таз. Юлия беззвучно молилась. Кровотечение продолжалось. С тревогой на лице Знахарка левую руку положила Гвенде на живот пониже пупка, правую сверху и медленно надавила. Керис испугалась, что будет больно, но Гвенда находилась в полубессознательном состоянии. Мэтти давила все сильнее. Казалось, она перенесла весь свой вес на руки. Старушка воскликнула:

— Прекратилось!

Мэтти не шевельнулась.

— Может кто-нибудь сосчитать до пятисот?

— Да, — ответила Керис.

— Только медленно.

Суконщица начала считать вслух. Монахиня вытерла кровь и стала молиться вслух:

— Святая Мария, Матерь Господа Иисуса Христа…

Все словно окаменели: мать лежала с ребенком на кровати, знахарка давила роженице на живот, муж тихо плакал, монахиня молилась, Керис продолжала счет:

— Сто одиннадцать, сто двенадцать…

Кроме голоса Юлии и собственного, дочь Эдмунда слышала далекий гул сотен людей. Мэтти заметно устала, но не двигалась. По загорелым щекам Вулфрика струились слезы. Когда Керис досчитала до пятисот, Мэтти медленно ослабила давление. Все боялись, что сейчас кровь хлынет снова. Но этого не случилось. Знахарка глубоко вздохнула. Вулфрик улыбнулся. Юлия воскликнула:

— Слава Богу!

Мэтти попросила:

— Дайте ей, пожалуйста, еще пить.

Мэр поднесла полную кружку к губам Гвенды. Та открыла глаза и выпила всю кружку.

— Теперь все будет в порядке, — кивнула Знахарка.

Гвенда прошептала:

— Спасибо. — И закрыла глаза.

Мэтти посмотрела на Мэр:

— Может, вам удастся найти бульон. Ей нужно восстановить силы, иначе молоко пропадет.

Послушница кивнула и ушла. Ребенок заплакал. Гвенда ожила. Она переложила младенца на другую сторону и помогла ему найти грудь, затем посмотрела на Вулфрика и улыбнулась.