Потом Луси вспомнила, что во многих газетах были напечатаны их с Патриком фотографии, сделанные в тот день, когда он привез ее в свой городской дом из больницы. В довершение ко всему кто-то мог видеть их обоих в театре, после чего поспешил проинформировать Мейду.

Через минуту у Луси возникла еще одна мысль.

— Падди, а Роберт не мог сказать Мейде о том, что мы...

— Нет, — ответил Патрик, даже не дослушав до конца. — Роберт не мог. — Он подошел к Луси и взял ее за плечи, заставив посмотреть ему прямо в глаза. — Сейчас я пойду узнать, что нужно Мейде, но перед этим хочу, чтобы ты сказала мне, что означает твоя страстная речь, которую ты произнесла минуту назад. Неужели ты действительно любишь меня, Лу? Или тут что-то другое?

— Я... Ммм...

— Не лги мне! Я должен знать правду.

Настойчивость, прозвучавшая в голосе Патрика, вселила в сердце Луси надежду.

— Да, — сказала она. — Я люблю тебя.

— Господи, почему же ты не сказала об этом ночью?

— Я? А почему я должна была говорить о своих чувствах, в то время как ты молчал?

Этот вопрос застал Патрика врасплох.

— Да, молчал, так как думал, что ты покинешь меня и вернешься в Америку, подарив мне одну-единственную ночь.

— Но я была уверена, что ты не любишь меня. Мне казалось, что тебя интересует только секс...

— Все понятно! — вздохнул Патрик, после чего на его лице появилась такая широкая и обаятельная улыбка, какой Луси ни разу не довелось увидеть с момента их знакомства. — Подожди меня здесь, дорогая. Я постараюсь не задерживаться слишком долго.

Луси смотрела ему вслед, все еще не в силах поверить тому, что только что произошло.

Дорогая... Он назвал ее дорогой!

Значит, Патрик любит ее! Любит больше, чем когда-либо любил Мейду.

Когда Луси осознала это, у нее словно камень с души свалился. Теперь она уже была уверена, что отныне они с Патриком всегда будут вместе и никакая сила не разлучит их. Никогда!

Луси стояла у окна, гладя на парк, когда ее окликнул появившийся на пороге Рей.

— Милорд просит вас присоединиться к нему и леди Мейде в гостиной. Это третья дверь налево от...

— Спасибо, Рей, я знаю, где находится гостиная, — прервала Луси его объяснения.

Она подождала, пока дворецкий уйдет, а потом прерывисто вздохнула, стараясь успокоиться. Ее внезапно охватило волнение. Почему Патрик не пришел за ней сам, а прислал Рея? Что, если Мейда поспешила вернуться домой сразу после свадьбы кузины, потому что начала жалеть о телефонной беседе с Патриком? Может быть, как раз сейчас она просит у него прощения, заверяя, что по-прежнему любит его и хочет выйти за него замуж. А Патрику оказалось достаточно только взглянуть на нее, чтобы он опомнился и раздумал отказываться от хорошо спланированной спокойной жизни, которую чуть было не променял на сомнительный союз с какой-то американкой!

Луси понимала, что поддалась чрезмерной мнительности, но все же ей пришлось сделать усилие над собой, чтобы выйти в коридор и направиться в гостиную.

Вчера, во время ознакомительного путешествия по комнатам Уэндейл-холла, главная гостиная показалась Луси одной из самых красивых комнат. Светло-бежевые обои пестрели здесь золотыми цветами, толстый кофейного оттенка ковер заглушал звуки шагов, а старинная мебель создавала особый уют. И повсюду стояли в вазах пышные букеты цветов, срезанных в саду.

Но сейчас Луси не чувствовала себя здесь уютно. В гостиной ее ожидало не слишком приятное зрелище: посреди комнаты стояли Патрик и Мейда. Он нежно обнимал ее за плечи, а она прижималась щекой к его груди, по-детски всхлипывая. От радости она плачет или от горя?

— Не плачь, Мейди, — уговаривал ее Патрик. — Сейчас уже нет причин плакать. Ты не сделала ничего такого, чего можно было бы стыдиться, ты ни в чем не виновата, и я по-прежнему люблю тебя. Не нужно так расстраиваться, это еще не конец света.

Увидев Луси, Патрик улыбнулся.

— Извини, что пришлось послать за тобой Рея, но ты сама видишь, как расстроена Мейди. Только не из-за того, о чем ты, возможно, подумала. Я еще не успел объяснить, что произошло у нас с тобой. Мейди только что рассказала мне о человеке, которого встретила в Греции. И в которого влюбилась...

Услыхав эту новость, Луси изумленно распахнула глаза, а ее сердце подпрыгнуло в груди от радости.

Леди Мейда, которая сегодня была особенно красива в платье нежно-голубого цвета, которое ей удивительно шло, отстранилась от Патрика и не без удивления посмотрела на Луси. Потом она вновь перевела взгляд на Патрика.

— У нас?

— Да, Мейди, у нас, — решительно подтвердил тот. — У нас с Лу. Иди сюда, дорогая, — протянул он руку к Луси. Та подошла, и Патрик нежно прижал ее к себе. — За прошедшую неделю мы успели полюбить друг друга. Это было так же неожиданно, как и твоя встреча с греком, которого полюбила ты. Сначала мы пытались противиться нашим чувствам, но в конце концов они взяли верх и мы... в общем, наши отношения уже перестали быть платоническими.

На лице Мейды по-прежнему оставалось удивленное выражение, но она не казалась обескураженной.