Ее лицо оттеняли рубины, изумруды, сапфиры и бриллианты. На пальцах красовались тяжелые перстни. Вероятно, из-за них ее руки дрожали… Или из-за волнения. Поскольку день, которого она так боялась, день их с Хасимом свадьбы, наконец настал.

В столицу, Гвабону, слетались отовсюду политики, бизнесмены, кинозвезды, знаменитые фотомодели, друзья и знакомые человека, который был для нее совсем чужим. Газеты провозгласили предстоящее событие свадьбой года. Журналисты не отставали от нее, умоляя дать интервью. Но Ромульда отказывалась. Ей меньше всего хотелось говорить с ними о браке, которому суждено было сделать ее несчастной. К тому же журналисты наверняка пронюхали бы своим дьявольским чутьем, что она совсем не рада предстоящему событию. Еще не хватает, чтобы в газетах появились домыслы и сплетни на этот счет!

Ей и без того нелегко. На церемонию стечется народ, желающий поглазеть на счастливую избранницу султана. Ах, если бы они знали, как она несчастна! За эти полтора месяца они – будущие муж и жена – почти не разговаривали. Какие уж там нежные признания!

Лишь однажды, в присутствии отца, Ромульда собралась с духом и спросила у Хасима:

– Став твоей женой, какую роль я должна играть?

Хасим нахмурился и посмотрел на нее.

– Во всем помогать возлюбленному мужу, что же еще?

– В Америке я изучала юриспруденцию. Став женой султана, я могла бы применить свои знания.

Она увидела, как рассмеялся ее отец, а за ним и Хасим.

– Вряд ли, когда ты выйдешь замуж за султана, у тебя останется много свободного времени. – Хасим кивнул и встал, давая понять, что разговор окончен.

Вот так. Остальные их беседы происходили неизменно в присутствии посторонних. Они обсудили свадебное меню, список приглашенных. Наконец, Хасим спросил у нее, где она хочет провести медовый месяц.

Чем дальше от тебя, тем лучше, хотелось ответить ей. Но зачем его бесить? Ромульда улыбнулась, не скрывая сарказма.

– Тебе делать выбор, мой султан.

Он поджал губы.

– Как насчет Рима? – продолжила она без тени смущения. – Мне говорили, что султан отлично ориентируется в столице Италии.

Гнев блеснул в его глазах и тут же потух. Теперь они не выражали ничего, кроме холодного безразличия.

– Останемся в Бахраме. В конце концов, постель везде одна.

Ромульду передернуло.

Пройдет свадебная церемония, закончится пир и настанет наконец то, чего она боится больше всего, – первая брачная ночь.

Ромульда дала слово не отвечать на его ласки, но сможет ли она устоять? А если сможет, не бросит ли она тем самым Хасима в объятия любовниц?

– Ваше величество!

Хасим смотрел в окно невидящим взглядом. О Аллах, как тяжело у него на душе! Но почему? Он и сам этого не знал.

– Что случилось, Ахмад?

– Ваше величество, эта женщина, Анна, продолжает звонить вам.

Султан обернулся и в упор посмотрел на верного слугу.

– И ты смеешь отвлекать меня по пустякам в день моей свадьбы?

– Но она просила передать вам, что хочет с вами поговорить.

– Мне нет дела до ее желаний. Я сказал ей, что между нами все кончено.

– Я знаю, ваше величество. – Ахмад опустил голову.

– Ступай, – сказал Хасим. – Она здесь. Ромульда идет сюда.

Ромульда, в великолепном белом платье с фатой, которую несли несколько женщин, медленно приближалась к тронному залу, где ждал ее будущий муж.

Увидев его, она на секунду забыла горечь обид, так великолепен он был в своем свадебном наряде. Драгоценные камни сверкали в складках его одежды, а у пояса висел знаменитый бахрамский меч, с которым он никогда не расставался.

Хасим окинул ее оценивающим взглядом и, по-видимому, остался доволен.

– Отлично выглядишь, – сказал он ей. Вот видишь, прочитала она в его глазах, я получил, что хотел!

– Благодарю.

Ромульда склонила голову.

Произнести клятву верности оказалось легче, чем она предполагала. Когда-то, в те времена, когда она не подозревала, каков Хасим на самом деле, она по-настоящему любила его. Сейчас, отвечая на вопрос, согласна ли она стать его женой, Ромульда поняла, что эта любовь еще не умерла.

Он надел на ее палец кольцо, украшенное тремя рубинами. В тронном зале раздались заключительные слова церемонии…

Итак, они муж и жена. Почему же она чувствует себя такой несчастной?..

Собравшиеся переместились в банкетный зал, где уже источали восхитительные ароматы тысячи изысканных кушаний. Великолепные тропические фрукты лежали на золотых блюдах, в хрустальных кубках пенилось вино, каждый глоток которого стоил целое состояние.

Впрочем, Ромульде было не до еды. Она изо всех сил старалась выглядеть веселой, но чем дальше, тем труднее становилось играть роль любящей жены.