И вот стылой ночью в село Божье Поле вошла волчица. Вяло затрусила по улице. Псы сильно потянули в себя воздух.

Брачный запах самки смутил их. Прекратили брех, кроме сук.

Потянулись из своих убежищ. Волчица протрусила в конец деревни, повернула назад.

Псы осмелели, вышли за ворота, затем на дорогу. Волчица спокойно трусила, не оглядываясь, чуяла, что псы тянутся за ней. Сучки продолжали провожать ее заливистым лаем. И вот деревня осталась за поворотом. Волчица свернула на пашню, через нее мужики возили сено, выбежала на речку. Собаки уже были почти рядом с волчицей. Но вдруг в нерешительности остановились. Начали топтаться на месте. Кажется, ничего страшного нет, снова побежали за волчицей. Вышли на речку. И тут волчица бросилась на первого пса, что шел за ее хвостом, сбила с ног и придушила. Сзади, сбоку, спереди выскочили волки и начали рвать собак. Вой, рев, визг, грызня – все смешалось. Волки, а с ними Черный Дьявол, в одно мгновение убили с десяток псов. А те, кто сумел вырваться из этой жуткой свалки, летели во весь дух в деревню.

Суки подняли истошный брех. Обеспокоенные мужики повыскакивали на улицу, не могли понять, отчего так злобятся собаки. А тут, поджав хвосты, влетели в подворотни псы. Многие тут же хватились своих собак, стали звать, но не дозвались. Раздались крики:

– Волки! Волки! Запирай крепче хлева, собак порешили, скотину порешат.

– Это псов увела волчица. У нас на Тамбовщине уже было такое.

– Седлай коней, пошли в погоню! – кричали смельчаки.

– Нельзя, могут нас порезать, ведь неизвестно, какая там стая. Ночь, ни зги. Надо ждать до утра, – отвечали более благоразумные.

А сытая стая ушла в сопки.

Утром охотники распутали следы волков и поняли, что собак сманила волчица. Пошли по следам стаи. И вскоре наткнулись на след Черного Дьявола, первым его обнаружил Гурин.

Поднялся переполох. Одни призывали идти за стаей, более осторожные и суеверные наотрез отказались.

– Опасно. Мало ли что… Слыхал ли кто, чтобы пес, простой пес, водил волчью стаю? Никто не слыхивал, то-то. Это не пес, а дьявол. Настоящий дьявол, наши грехи незамоленные.

Больше всех кричал Розов, уговаривал догонять пса.

– На кой он тебе? Ежели придушит Безродного, ить все равно вздохнем. Или забыл, сколько ему должен? – возразил Федька Козин. – А нонче и совсем влезем в долги по уши, нет пушнины, хоть плачь.

– Оно-то так, но ить пока мы несем урон.

– Потерпим.

Ночь выдалась темной. Повалил снег. Охотники грелись у костров, охраняли деревню от стаи. Но Дьявол оказался хитрее. Он прошел за кострами, не обращая внимания на брех собак, прополз на подворье Безродного. Потоптался у овчарни, обошел сараи. У костра смеялись, слышался хриплый смех Безродного, кто-то рассказывал байку.

В загоне под навесом заметались кони. Молодняк Безродный не держал в конюшне.

Черный Дьявол с рыком бросился на стригунов. В конюшне тревожно заржал жеребец. Табун заметался по загону, затем ринулся на забор, затрещали жерди. Кони темной массой бросились в тайгу. Тонули в снегу, ржали, падали, но Черный Дьявол гнал их вперед. Когда табун перевалил через сопочку, на подмогу Дьяволу вылетела стая волков. Охватив коней широким полукругом, они погнали их по редкому дубняку. А позади кричали, стреляли охотники. Но волки уже не боялись этого шума и гнали, и гнали коней к Пятигорью. Погоня отстала, охотники вернулись в деревню.

И вот пал от зубов волков первый жеребенок, второй, третий… Запаленные кони с трудом пробивались по снегу. Их трупы растянулись по волчьему следу. Но когда табун рассыпался, волки прекратили резню. И начался волчий пир. Было зарезано столько коней, что стае за много дней не съесть.

Только с рассветом охотники вышли в погоню, ночью не решились. Им встретились десять коней – стабунились и возвращались домой. Остальные погибли или рассеялись в тайге.

Несколько лет подряд после этого встречали в тайге охотники одичавших коней. Пытались ловить, но кони не давались в руки. А потом враз исчезли – то ли дорезали их хищники, то ли сами снежной зимой пали от бескормицы.

Волки ушли в горы. Преследовать их по такому снегу охотники не решились.

Собрался сход. Безродный кричал:

– Граждане, одумайтесь! Пусть у меня погиб табун: я от этого не очень пострадал, куплю еще столько же…

– Верно! В другом месте наверстаешь, – раздался голос из толпы.

– Где бы ни наверстал, но ваше дело хуже. Дьявол порешил всех охотничьих собак. Нанес урон Гурину, теперь мне. Надо догнать и убить.

– Я тот урон прощаю Дьяволу! – крикнул Гурин. – Прости и ты. Он есть хочет.

– Прости ему, Егорыч, а мы ужо простим, – издевались мужики. – Отомстил за все Черный Дьявол.

– Ну это черт знает что. Я к вам с чиста сердца, а вы ко мне со злобой. Поймите, Дьявол не уйдет от деревни, пока мы его не ухлопаем. Он убьет ваших коров и коней. А может быть, кого и из людей порешит.

– Не смогет, у нас тягло и скот в сараях и хлевах. Будем сторожить, вон у тебя девать коней некуда. Продай нам по дешевке, все одно из загона Дьявол съест, – с усмешкой сказал Козин.