– Вы скакали без седла? – недоверчиво спросил Уорд.

– Это был мой единственный шанс. Один из них увидел, как я выбежала из дома.

– Теперь он точно меня убьет, и я не буду сопротивляться, потому что действительно это заслужил.

– Нет, не убьет. Я в безопасности и еще узнала, что Майра что-то затевает. Не знаю что, но я ей не доверяю. И теперь мы знаем, что Дьябло – самый быстрый конь в Техасе.

– Тринити заявит, что все это можно было бы узнать, сохраняя вас в безопасности на ранчо.

– Может быть, но после всех неприятностей, в которые он меня втравил, он не может никого ругать.

– Надеюсь, что вы скажете ему и это.

– Скажу. А теперь заберите Дьябло домой. Я не удивлюсь, если кто-нибудь попытается его украсть.

– Не попытается, если хочет остаться в живых.

Виктория проснулась от звука ссорящихся сердитых голосов.

– Откройте эту дверь немедленно. Поверить не могу, что вы держите ее в этой жалкой и мерзкой дыре, не сообщив мне.

Виктория едва могла поверить своим глазам, увидев Майру Блейзер. Солнце только-только поднялось на небосклоне, а Майра редко покидала свою спальню ранее, десяти часов. Злосчастный шериф плелся за ней. Лицо его было наполовину покрыто мыльной пеной: она явно застала его за бритьем. Он бормотал на ходу извинения и настаивал, что ни в чем не виноват.

– А чья, я вас спрашиваю, может быть вина, если член семьи Блейзер безвинно заключен в тюрьму? Откройте эту дверь немедленно! Бедное дитя! Я явилась сюда в ту же минуту, как узнала, что ты здесь.

Как только шериф отпер камеру, Майра оттолкнула его, величественно в нее проследовала и заключила Викторию в объятия.

Виктория почувствовала себя очень неловко. Стройная фигурка Майры и ее фарфоровое совершенство всегда заставляли Викторию ощущать себя громоздкой и неуклюжей.

Майра выпустила Викторию из рук и отступила на шаг, чтобы лучше ее рассмотреть.

– Полагаю, что у тебя есть объяснение твоему чудовищному наряду.

Виктория была ошеломлена. Майра всегда умела выставить ее глупенькой девчонкой.

– Трое мальчишек пытались среди ночи меня похитить.

– Милостивые небеса! Неужели снова? Ты хоть разглядела, кто это был?

– Керби.

Лицо Майры волшебным образом просветлело.

– Ах, этот негодник! Я послала его привезти тебя в «Тамблинг-Ти», – объяснила она. – Я не могла вынести того, что ты находишься в этом запущенном доме в обществе одного старика.

– Тогда почему они не приехали днем? – требовательно спросила Виктория. – И зачем оглушили Уорда и связали его?

– Просто глупое мальчишеское озорство и желание выглядеть героями, – умиротворяющим тоном проговорила Майра. – Ты же знаешь: спасти красавицу принцессу из заточения. Все эти юноши до сих пор говорят о твоем спасении из тюрьмы пять лет назад. Они просто преклоняются перед этим твоим Баком.

Ее объяснение выглядело разумным.

– Почему же ты собиралась дать денег Тринити?

– Но ведь, наверное, трудно было доставить тебя сюда из Аризоны. Мужчине нужно заплатить за его работу.

– Тринити никогда не принял бы за меня деньги. Он не охотник за вознаграждением.

– Ты должна меня простить. Я уезжала, когда он приходил. Я не знала. Я никогда не стала бы его оскорблять. Я, естественно, подумала, что он захочет денег.

Страхи Виктории рассеялись, и гнев поутих.

– Что ж, Керби не стоило так поступать. Он напугал меня до полусмерти. Сомневаюсь, что и Уорд испытывает к нему добрые чувства.

– Я с ним поговорю, – пообещала Майра. – Он не должен был пугать тебя, – вздохнула она. – Так трудно воспитывать мальчика без отца. Он вечно стремится что-нибудь доказать.

Виктория почувствовала смущение, что вообще упомянула о шалости Керби. Как это всегда получалось у Майры, что даже когда она обвиняла кого-то другого, виноватой чувствовала себя Виктория?

– А теперь, когда мы разъяснили это маленькое недоразумение, дай мне как следует тебя разглядеть, – промолвила Майра, явно выбросив из головы все мысли о попытке похищения Виктории, как будто ее и не было. Она подвергла Викторию тщательному осмотру. – Ты стала необыкновенно красивой женщиной.

– Но никогда не стану такой красивой, как вы, – откликнулась та.