Шрифт:
– А почему два имени?
– Феофан… Феофан… Ага! Эврика!
– Ну и что? – Павел в тот момент возвел очи горе, явно не понимая, куда клонит друг.
Вадим тогда покосился на воеводу.
– Давай потом. Бряг, поставь на двери крепкие запоры, и лучше с замками. Ключи мне отдашь. А то ключницы у меня пока нет.
А вот потом уже пошел пир горой…
И вот, наконец, люди умаялись…
Еще день ушел на баню и огуречный рассол, после чего Вадим решительно приступил к делам. Первый вопрос встал о численности имеющегося населения. Еще во время загула князь обратил внимание, что горожан что-то подозрительно мало. И в основном бабы, дети и старики.
– Неужели все сбежали? – обратился князь с мучившим его вопросом к воеводе.
– Почитай все, кто успел, дали плеча, княже, – с горечью ответил Бряг. – Кто по выселкам да по дальним весям, кто еще дальше, на Онегу подался…
– Есть и такие?
– Как не быть, княже, – вздохнул воевода, – и при осаде мно-о-ого народу полегло. Да и погорел град тогда… Вот и стоит теперь наш град почти пустой.
– Остались самые смелые… – пробурчал себе под нос Павел.
На следующее утро князь решил впервые объехать теперь уже полностью его град.
Начал князь с детинца, ибо таковой имел место быть в стольном граде. Собственно, основная часть пировального веселья происходила именно в детинце, а точнее – в тереме, но тщательно осмотреть его у Вадима времени не нашлось. Недосуг было…
Вадим в сопровождении Павла принялся по-хозяйски исследовать собственный – вот именно – собственный терем! Двухэтажное рубленое здание с высоким крыльцом было, мягко говоря, не первой свежести. Нижние венцы нуждались в срочной замене. Крыша тоже требовала трудов…
Первый этаж был почти полностью в распоряжении челяди, как и большая кухня, кладовые и прочие хозяйственные помещения. Выяснилось, что челядь тут же и живет. Второй этаж имел четыре отдельных помещения. Большой зал, где, собственно, и пировал князь все эти дни. К слову, это помещение не отапливалось. Был еще малый зал – думный, как назвал его воевода. Тут размещался княжий стол – широкий стул с высокой резной спинкой и подлокотниками. Правда, спинка была треснута, а один, правый подлокотник вырван, что называется, с корнем. Вдоль стен стояли широкие лавки.
– М-да… – Вадим обвел взглядом зал, – стульчик надо бы заменить.
Две остывшие комнаты служили опочивальнями. Подразумевалось, вернее, как было при бывшем князе, одна опочивальня принадлежала князю, другая княгине. Вадим задерживаться в опочивальнях не стал. Он и без того уже все тут изучил, именно тут ведь и ночевал. Поначалу он пытался отыскать хоть что-то от приемного отца. Но, после длительного пребывания здесь варягов, никаких следов прежних хозяев не обнаружилось. А жаль…
Окончив осмотр терема, перешли к изучению всего имеющегося в детинце.
– Но терем все же надо подновить, – озабоченно изрек Павел.
– Да ладно! – Вадим еще раз окинул взглядом черный терем. – Походу не латать надо, а новый строить!
– Ну, тебе с бугра виднее.
Сам детинец представлял собой четкий квадрат пятьдесят на пятьдесят метров. Этот факт князь выявил практическим способом, измерив вместе с Павлом детинец шагами.
– Не плохо… – кивнул князь другу, – совсем не плохо. А что у нас там?
– А там, княже, дружинная изба, – подсказал воевода, вызвавшийся проводить экскурсию.
Длиннющая изба с низкой, покрытой дерном крышей заменяла собой почти целую стену детинца, ибо была шесть на тридцать метров. Князь вошел внутрь, огляделся. Эта гигантская изба, естественно, имела перерубы [75] , которые разделяли общее помещение на три большие части. Дверей между ними не было, а были арочные проемы. По центру избы тянулись столы и лавки, а вдоль стен стояли сундуки, которые служили дружинникам и постелью, и кладовой. Отапливалась воинская изба тремя очагами, дым от которых выходил в отдушки на крыше.
75
Переруб – пятая стена в избе.
Дальше от дружинного дома, в сторону ворот, шла рубленая стена, и на углу располагалась кузница. В другую сторону тоже стена и баня. Напротив дружинного дома тянулся длинный ряд построек – конюшня, хлев с живностью для княжеского стола и дровяник. Справа и слева от ворот – избы для челяди. Оружейную и казну, что находились в одной избе и справа примыкали к терему, осматривать не стали. Вадим поправил связку ключей на поясе – казна и оружейная были на крепких запорах.
– Ну что, воевода, теперь осмотрим град, – предложил князь.