Выход на свет божий почти травмировал его; надев черные очки, он стоял на главном перекрестке местечка под названием Арлингтон, в Калифорнии.

Превозмогая возникшее вдруг душевное смятение, он нашел путь к стоянке, на которой пеклась на солнце приземистая «багги».

Садясь в машину, он пытался сравнить далекую экранную богиню с молодой женщиной, которой он обладал две ночи назад и обладал вновь, уже с большим успехом, прошлой ночью.

Сгорбясь над баранкой руля, он все еще не мог прийти в себя. Жизель из фильма, увиденного в понедельник днем, и Шэрон во плоти в загородном доме, давшая ему физическую любовь в субботу и воскресенье ночью — разные люди. Они были в чем-то несопоставимы, не могли слиться воедино. Жизель ни за что не позволила бы плебею вроде него войти в свое тело. Но Шэрон позволила ему это, даже поощряла и наслаждалась памятным совокуплением в равной с ним мере.

Это казалось немыслимым.

Он вдруг ощутил глубокую боль, сродни потери, и испытал приступ печали.

В эти минуты он пожалел о том, что пошел в кино. Он не должен был позволять себе временного забвения в фантастическом мире. В реальности у него было то, чему мог позавидовать любой мужчина, и этого должно было быть достаточно.

Мэлон со вздохом завел машину, развернулся и направился на то место, где обещал захватить Говарда Йоста.

Заметив фасад аптеки, он подъехал к тротуару в ту минуту, как раскрасневшийся и запыхавшийся Говард Йост вперевалку выкатился из аптеки с большой сумкой, наполненной пакетами разных форм и размеров.

— Транжира из транжир, — пробормотал Йост, бросая сумку на поднятое заднее сиденье «багги». — Погоди минутку, у меня еще одна ноша.

Он исчез внутри аптеки и затем появился с еще более внушительной сумкой, по-видимому забитой продуктами. С помощью Мэлона он расчистил еще одно место на заднем сиденье.

— Порядок, — заметил он. — Пора трогать.

Йост уже садился на переднее сиденье рядом с Мэлоном, когда из аптеки хромая выскочил сгорбленный пузатый старик с лысой головой и морщинистым лицом над скошенным подбородком и в белом пиджаке.

— Сэр, одну секунду, сэр! — крикнул он Йосту.

Йост удивленно повернулся и пояснил Мэлону:

— Это старый чудак, хозяин аптеки. Что ему нужно?

Владелец аптеки, запыхавшись, подошел к машине.

Он держал в руке счет и немного мелочи.

— Вы забыли свою сдачу, — сказал он. — Нельзя же было отпускать вас без вашей сдачи, сэр.

Весело кивнув, Йост принял мелочь.

— Честный человек, — заметил он. — Жаль, что таких маловато. Спасибо.

— Никогда не держу у себя ничего, не принадлежащего мне по праву, — благочестиво пробормотал старик. — Рад был услужить вам, сэр. И я постараюсь добыть пару вещиц, которых у меня не было в запасе.

— Буду вам признателен, — отсалютовал ему Йост.

Он влез в машину, а владелец аптеки шагнул назад и громко восхитился машиной:

— Вот так тачка, — сказал старик. — У меня была такая же для ранчо. Но для города она не слишком-то подходит. Шины не держатся на цементе улиц. Вы поосторожнее, не то помчитесь на ободах.

— Теперь их делают по-другому, папаша, — заверил его Йост. — Эти особые, универсальные шины хороши и для земли, и для асфальта.

Владелец уставился на шины и оценивающе покачал головой:

— Ага, вижу. «Купер-шестидесятые». Похоже, они в самом деле потянут. Жаль, у меня таких не было на моей старой «багги». Может, когда-нибудь я снова куплю себе такую.

— Обязательно купите, — сказал Йост. — Что ж, до скорого, папаша. И спасибо за помощь.

Мэлон подергал за рычаги, прибавил газу и вывернул «багги» на Магнолия-авеню, готовясь тронуть назад, на Гавиланские холмы.

— Ну и болтун, — заметил Мэлон. — Надеюсь, он не задавал тебе слишком много вопросов.

— У него не было на это времени. Я дал ему длинный список и он у меня прыгал туда-сюда, пока ты не подъехал.

— А что там были за вещицы, которых у него не нашлось?

Йост махнул рукой.

— Пусть себе. Мы так или иначе не пробудем здесь достаточно долго, чтобы их получить. Просто пара вещиц для Шэрон, которых у него не было. Ну, а как твой фильм?

— Неплохой, — ответил Мэлон, сосредоточившись на дороге. У него не было настроения, чтобы распространяться о своих сомнениях.

— Я же говорил тебе, — ворковал Йост. — Ни один фильм не сравнится с натурой, а эта самая натура ожидает нас совсем неподалеку. — Достав носовой платок, он вытер им розовое лицо. — Господи, ну и жара.

Мэлон взглянул на него.

— Почему бы нам не остановиться ненадолго, чтобы освежиться?

— О чем ты?