Дорр чуть отодвинулся от ствола и промычал:

– Ну?

– Я ухожу,- сказал я им.- У меня пушка, и похоже, я сумею кого-нибудь прихлопнуть, если понадобится. Мне не очень-то этого хочется. Если вы, Дорр, прикажете Бизли бросить мне ключи от машины, а этому - вернуть мой пистолет, я постараюсь забыть о случившемся.

– А потом что?
– Дорр лениво пожал плечами.

– Поразмыслите на досуге насчет вашего же предложения,- сказал я.- Если обеспечите мне хорошее прикрытие, я, может, еще и сыграю на вашей стороне... Коль у вас такая сила, несколько часов ничего не изменят.

– Это мысль,- сказал Дорр и хмыкнул. Потом добавил, обращаясь к Бизли: - Убери свою пушку и отдай ему ключи. И его пистолет - тот, что у него забрали сегодня.

Со вздохом Бизли осторожно сунул руку в карман брюк и через всю комнату бросил футляр с ключами на угол стола. Криворотый порылся у себя в боковом кармане, достал мой пистолет, бросил его на пол и отшвырнул от себя ногой.

Выйдя из-за спины у Дорра, я взял ключи, поднял пистолет и боком двинулся к двери. Дорр следил за мной пустыми глазами. Бизли поворачивался вслед за мной и отступил от двери, когда я подошел ближе. Второй с трудом сохранял хладнокровие.

Дорр задумчиво произнес:

– Вы как мячик на резинке: чем дальше его оттянуть, тем быстрее он вернется обратно.

– А если резинка слегка подгнила?
– ответил я и, повернув ключ в двери, напрягся в ожидании выстрела. Выстрела не последовало. Моя игра была фальшивой, как позолота на обручальных кольцах, которые покупают на один выходной день. Блеф сработал, потому что Дорр допустил это. Вот и все.

Я вышел из дома, завел "мармон" и развернулся. Меня заносило на поворотах. С трудом выкручивая руль, я погнал вниз по склону и выехал на шоссе. Погони как будто не было.

Когда я добрался до бетонного моста, было уже около двух. Какое-то время я ехал, придерживая руль одной рукой и вытирая пот с затылка.

7

К моргу от главного вестибюля вел длинный, светлый коридор, в конце которого в облицованной мрамором стене были две двери. Я вошел в одну из них и попал в небольшой уютный кабинет.

Человек с голубыми глазами и рыжими волосами, разделенными пробором точно посередине, перебирал за столом какие-то бланки. Он поднял голову, оглядел меня и внезапно улыбнулся.

– Привет, Лэндон... Помните дело Шелби? ? обратил ся я к нему. Ярко-голубые глаза блеснули. Он встал и обошел вокруг стола, протягивая руку.

– Конечно. Чем могу?..- Внезапно он запнулся и щелкнул пальцами.- Черт! Вы тот парень, который нашел тогда пистолет.

– Я вот зачем пришел,- сказал я, выбрасывая окурок в коридор через открытую дверь.- У вас тут парень по имени Луис Харджер... Его подобрали в Уэст-Симарроне то ли ночью, то ли сегодня утром. Можно посмотреть?

– Кто же вам мешает?
– ответил Лэндон.

Через кабинет он провел меня в соседнее помещение - белая краска, белая плитка, стекло, яркий свет. Вдоль стены стоят в два этажа большие металлические ящики со стеклянными окошечками, за которыми видны были укутанные в белое длинные свертки, а позади - заиндевевшие трубы.

Посреди комнаты на столе лежало тело, покрытое простыней. Лэндон небрежно откинул простыню с безмятежного желтоватого лица. Длинные черные волосы разметались по подушке, полуоткрытые глаза равнодушно смотрели в потолок.

Подойдя поближе, я взглянул на лицо покойного. Лэндон стянул простыню пониже и постучал костяшками пальцев по груди: звук был глухой, словно стучали по доске. Слева на груди было отверстие.

– Чистая работа,- сказал Лэндон. Я отвернулся и достал сигарету.

– Кто его опознал?

– По вещам в карманах,- ответил Лэндон.- Конечно, сейчас проверяем отпечатки пальцев. Ваш знакомый?

– Да.

Мы вернулись в кабинет, и Лэядон снова уселся за стол. Он порылся в бумагах, отобрал одну из них и стал читать. Потом сказал:

– Его обнаружила патрульная машина в двенадцать тридцать пять ночи на обочине старой дороги в Уэст-Симарроне, в четверти мили от развилки. Там мало кто ездит, но патруль время от времени наведывается, ловит парочки, которые занимаются любовью в машинах.

– Можете сказать, как давно он умер?
– спросил я.

– Не слишком давно. Когда его нашли, он был еще теплый, а ночи сейчас прохладные.

Я взял в рот незажженную сигарету.

– Держу пари - вы извлекли из него длинную пулю тридцать восьмого калибра,- сказал я.