Но преследуемый уже оседал на землю. Моя пуля достигла цели. Олз, тщательно прицелившись, выстрелил еще раз - его последняя пуля настигла беглеца. Он перевернулся и упал, его голова ударилась о мостовую с тошнотворным хрустом.

Мы подошли к нему с противоположных сторон. Олз нагнулся и перевернул убитого на спину. Несмотря на то, что из шеи хлестала кровь, на мертвом лице застыло спокойное, дружелюбное выражение. Олз начал обшаривать карманы убитого.

Я обернулся. Второй бандит сидел на подножке, прижав правую руку к боку и гримасничая от боли.

Том Снайд вскарабкался по склону и подошел к нам.

– Этого парня зовут Поук Эндрюс,- сообщил Олз, указывая на мертвого.Встречал его в бильярдных.- Он встал и отряхнул колени.- Да, Поук Эндрюс наемный убийца. Наверное, недурно зарабатывал.

– Это тот самый, который стоял передо мной, когда меня оглушили,сказал я.- И если в рассказе рыжей есть хоть капля правды, похоже, что именно он застрелил Лу Харджера.

Он кивнул, подошел к своей валявшейся на земле шляпе и поднял ее. В шляпе зияла дыра.

– Я не удивлюсь этому,- сказал он, спокойно надевая шляпу.

Том Снайд стоял перед нами, судорожно прижимая к груди ружье. Он был без шляпы и без пальто, в спортивных туфлях. Его трясло, безумные глаза блестели.

– Я знал, что прикончу гадов!
– прохрипел он.- Знал, что доберусь до этих сволочей!
– Он замолчал, и лицо его позеленело. Он медленно наклонился вперед, уронил ружье и уперся в согнутые колени.

– Ты бы пошел прилег, приятель,- сказал Олз.- Судя по цвету лица, ты вот-вот лишишься своего обеда.

10

Том Снайд лежал с мокрым полотенцем на лбу на диване в гостиной своего маленького коттеджа. Рядом, держа его за руку, сидела девчушка с волосами медового цвета. Из утла гостиной на Тома Снайда восхищенно взирала молодая женщина.

В гостиной было очень жарко, все окна закрыты, жалюзи опущены, Олз поднял жалюзи и сел около окна, глядя на серый автомобиль, к рулю которого был прикован наручниками смуглый мексиканец.

– Если бы они насчет дочки не сказали...- произнес Том Снайд из-под полотенца.- От этого я прямо спятил. Сказали, если я им не подыграю, то вернутся и увезут ее.

– Давай-ка с самого начала,- сказал Олз и сунул в рот сигару, но, подумав, не стал закуривать.

Я сидел на жестком стуле и молча созерцал дешевый новенький ковер.

– Я читал журнал. Собирался поесть и ехать на работу,- обстоятельно рассказывал Том Снайд.- Дочка открыла им дверь. Они вошли, навели на нас пистолеты, загнали сюда, закрыли окна и опустили жалюзи. Мексиканец уселся и стал в щелку выглядывать на улицу. Ни слова не сказал. Большой парень сел на кровать и заставил меня два раза подряд рассказать обо всем, что вчера случилось. А потом велел забыть, что я с кем-то встречался и с кем-то ехал в город.

– Когда вы впервые увидели вот этого человека?
– спросил Олз, кивнув в мою сторону.

– Точно не скажу. Наверное, в половине двенадцатого - без четверти двенадцать. Я приехал к себе в гараж, в час пятнадцать, сразу же, как забрал свои колеса у отеля "Карийон". С побережья до города мы тащились целый час. А в аптеке разговаривали минут пятнадцать, может, и больше.

– Значит, вы с ним познакомились около полуночи,- уточнил Олз.

Том Снайд кивнул, и полотенце сползло вниз. Он снова уложил его на лоб. Немного подумав, сказал:

– Пожалуй, нет. Парень в аптеке говорил, что он закрывает в двенадцать. А когда мы уезжали, аптека еще была открыта.

Олз повернул голову и посмотрел на меня без всякого выражения. Потом снова на Тома Снайда.

– Рассказывайте дальше про бандитов,- велел он.

– Этот большой говорил, что мне, наверное, вообще ничего никому не придется рассказывать. А если все-таки придется и я скажу все как надо, они привезут мне денег. Если скажу что не так - заберут дочку.

– Вот дерьмо!
– выругался Олз.

– Они ушли. Я посмотрел им вслед в окно и словно спятил. Наша улица тупиковая - ее жулики строили, да недостроили. Тянется на полмили вокруг холма, потом тупик. Дальше не проедешь. Я знал, что они на обратном пути опять проедут мимо... Я достал свою мелкашку, другого оружия у меня нет, да и залег в кустах. В шину я попал со второго раза. Они, наверное, решили, что это просто прокол. Потом я опять промазал, а они сообразили, что к чему. Начали палить почем зря. Мексиканца я достал, а большой спрятался за машину... Вот и все. А тут и вы подъехали.