голоса : самохвал! нечего выпяливаться! к чему пустые разговоры! оставьте при себе свои теории и скажите хоть что-нибудь о троглодите!

председатель : тише, господа, если все будут говорить одновременно, никто ничего не поймет!

я хотел бы закончить свое выступление ссылкой на основополагающие тезисы

крики : нет, нет!

хорошо, я умолкаю, раз уж свободу путают с гамом и беспорядочными выкриками, управляйтесь на здоровье без меня!

к моему глубочайшему сожалению, я вынужден публично заявить о несогласии с уважаемым коллегой и напомнить ему, что официальная свобода может и должна выражаться шиканьем и свистками всякий раз, как народ замечает, что ему вместо зайца подсунули кота, что актуальная и остро драматическая проблема, которая его живо интересует, используется как повод для схоластического диспута десятка набобов от науки, окостеневших в академическом высокомерии, далеких от насущных нужд и чаяний народных масс, ученых, с олимпийской надменностью игнорирующих все, что выходит за узкие рамки их специальности, занятых лишь тем, что разрисовывают замысловатыми фигурами борта корабля, который вот-вот пойдет ко дну из-за сильной течи во многих местах!

голос : браво, отлично сказано!

обсуждаемая на сегодняшнем симпозиуме тема, простите меня за грубую откровенность, — это просто-напросто тема вопиющей несправедливости нашей социально-экономической системы, которая использует свой аппарат подавления для того, чтобы безжалостно уничтожать человека, низводить до уровня бродяги-оборванца, ее принципы — организованный грабеж богатств и сокровищ нашей планеты, нахальное присвоение правящим классом прибавочной стоимости, создаваемой трудом рабочих и служащих, элитарная концепция культуры, призванная закрыть народу доступ в учебные заведения и намеренно держать его в темноте и невежестве, как раз это умышленное оболванивание и вынуждает человека, вроде сидящего перед нами несчастного, вырываться из шестерней перемалывающей его подпой индустриальной машины, отвергнуть лживую и преступную пропаганду нынешнего образа жизни и искать спасения в возврате к предкам, к доисторическим временам, поскольку, будучи предоставлен самому себе, он не смог четко осознать свое положение, выковать духовное оружие для зашиты от эксплуатации, жертвой которой он является, в сознании его не зародился луч надежды на создание нового общества, общества без угнетателей и угнетенных, а меж тем этот луч, прорвавшись сквозь облака, уже проник в наш обветшалый, полуразвалившийся дом (ропот недовольства в зале)

голос : хватит пропаганды, ближе к делу!

выкрики лакеев существующей системы не заглушат мой голос, я с гордостью говорю о путеводном маяке, единственной надежде на спасение человечества, которому угрожает смерть от когтей издыхающего чудовища, напоследок запугивающего мир атомным оружием, перспективой всеобщей гибели!

голоса : довольно! замолчите! эту песню мы знаем наизусть!

и вы ее не раз еще услышите, поступательное движение истории не остановишь, вот, например, в народной республике (возрастающий шум заглушает слова оратора) зрелище, подобное тому, которое являет нам этот несчастный, совершенно невозможно, там с эксплуатацией покончено раз и навсегда, к власти пришел пролетариат, всем гражданам обеспечены равные возможности, просвещением ведает сам народ, штурмом взявший последние рубежи изжившей себя культуры прошлого!

голоса : слушай, заткнись!

там (снова неодобрительные крики) народные массы взяли свою судьбу в собственные руки, и, вместо того чтобы материально и духовно прозябать, как это происходит с нами, они жадно читают классиков нашего учения, охотно устраивают коллективную читку произведений Великого Кормчего, невероятная популярность которого проявляется в том, что его постоянно цитируют, его мыслями пронизаны беседы, речи и выступления на собраниях, частные разговоры, а также в неимоверном количестве его портретов, висящих в жилище каждого гражданина, и еще в энтузиазме и рвении, с которыми благодарная молодежь наперебой пишет картины и стихи в честь вождя, сознавая его огромный вклад в общественный прогресс, в развитие человеческой личности, в мировую сокровищницу человеческой мысли!

голоса членов президиума : это недопустимо!

чей-то выкрик : так и катитесь в эту самую республику, если она вам так нравится!

крики : правильно, правильно, пусть катится!

председатель : спокойнее, господа, спокойнее!

но никто его не слушает : присутствующие выражают свое недовольство, яростно хлопая по пюпитрам : некоторые встают, вскакивают на стулья и осуждающе указывают пальцем на того или другого члена президиума : докладчики спорят друг с другом, продолжая отстаивать каждый свою точку зрения, взывают к строгим и точным наукам, ссылаются на непререкаемые авторитеты, мечут цитаты, словно дротики, обвиняют оппонентов в сектантстве, раскольничестве, непоследовательности : шум стоит оглушительный, и тут в зал тихонько входит группа гостей, руководимая гидом компании «Sahara Tours» : гид пытается перевести им объяснения из рекламной брошюры Управления по вопросам туризма, но вынужден отказаться от своего намерения, несмотря на звукоизолирующие наушники, которыми снабжены туристы : испуганные, растерянные, они обступают своего чичероне, стараясь держаться вместе из-за обилия воров и бандитов в этих краях, не выпускают из рук пакеты и свертки с движимым имуществом : жестяные коробки с горстью сушеных корней, потрепанные колоды карт, цветные анатомические картинки, трактаты по эротике и рецепты возбуждающих средств, Кораны, руководства по знахарству, древнейшие молитвенники

все столпились в кучу

слабоумный, пощипывающий струны лютни и баюкающий ее, как мать ребенка

женщина под чадрой — предсказательница судьбы

верящий в чудеса горбун с мелком для рисования граффити

мальчик-акробат в кричаще-яркой курточке и шароварах

танцовщики племени гнауа в блузах и коротких штанах, черные ноги сверкают первозданной наготой

великан с крупной, наголо обритой головой, толстым и крепким затылком, широкими плечами, бронзовой кожей, толстыми губами, обвислыми монгольскими усами, во рту полно золотых зубов

старый мим в светлом парике

два шута в примитивных нарядах, с ослиными ушами

двое жилистых темнокожих флейтистов и с ними бродячий торговец женскими нарядами, легкими газовыми чадрами, расшитыми поясами

собиратель ящериц, похожий на козлобородого фавна

писец с пером, чернильницей и мятым пергаментом

торговцы

альфак'u, мусульманские богословы и судьи

ремесленники

ученики аптекарей

ученики мусульманских религиозных школ

никто из них не понимает значения происходящего в этом зале : нескончаемые крики в зале, все еще спорящие члены президиума на сцене, и тут кто-то из гостей замечает мрачную, молчаливую фигуру, забившуюся в кресло, человек этот не обращает никакого внимания на окружающих, упорно разглядывает собственные колени

заметивший героя дня осторожно, не веря глазам своим, указывает на него сотоварищам, советуется с ними вполголоса

chuf, ma aareftih-ch?

chkun?

r-raxel gales aal ch-chil-lia!

fain hwa?

rah, rah hda t-tabl'a d-el-mualimin!

tbarak-allah, daba aad chuftu! [262]

и тотчас получает ответ : ну да, ты прав, это марракчи, я его узнал, много лет тому назад он работал в сыромятне, кто затащил его в эти дальние края?