Он пожал холодную маленькую руку. «Как у головастика, — подумал он. — Как у саламандры».

— Рад познакомиться, сеньор, — сказал Авель.

— Я также, я также. И слушай, никакой я не сеньор. Зови меня Мартином. Просто Мартин.

— У меня тут багаж, — сказал мальчик, показывая на коробку. Он встал и опустил ее на пол. — Она маленькая, я ее могу везти на коленях.

— Не беспокойся. Мы ее положим назад. А ты поедешь со мной в кабине, поболтаем по пути.

Он взял письма, которые женщина оставила на столе, и положил руку мальчику на плечо.

— Значит, в любое время… Машина тут ждет, за углом…

Мальчик взял коробку за кончик ленты и вежливо протянул руку женщине.

— Большое спасибо за все, сеньора. Вы были ко мне так добры.

Она наклонилась к нему и звонко поцеловала его в щеку.

— До свиданья, дорогой. Надеюсь, сеньор Элосеги сдержит слово, привезет тебя как-нибудь утречком.

— Я тоже надеюсь.

Они спустились по лестнице — оба несли по пакету, — пересекли песчаный пустырь и вышли на улицу, где их ждал Жорди.

На углу Авель обернулся и помахал женщине рукой: «До свиданья, до свиданья».

Элосеги с интересом на него взглянул.

— Откуда ты знаешь, что она смотрит?

Авель отбросил золотую прядку, упавшую ему на глаза.

— Такие женщины, как сеньора из гостиницы, очень любят сирот, — важно сказал он.

Жорди сидел в кабине по ту сторону руля и жевал лепешку. Мартин подсадил мальчика и представил его другу:

— Авель. Мы отвезем его в «Рай». Жорди, мой приятель.

— Очень рад, сеньор, — сказал мальчик.

Жорди вынул изо рта лепешку и уставился на него. В конце концов он протянул ему руку.

Элосеги с удовольствием на них смотрел.

— Ах ты, какая досада! — сказал он Жорди. — Тебе придется сесть в Кузов. Мы тут все не поместимся.

— Ради бога, не беспокойтесь! — воскликнул Авель. — Я пойду назад и багаж возьму, я там очень хорошо устроюсь.

— Ни в коем случае, — сказал Мартин. — В кузове поедет Жорди. Он очень любит природу и с удовольствием тебе уступит. Ты поедешь со мной.

Жорди недовольно хрюкнул и покорно вылез из кабины. Потом с немалым трудом он вскарабкался на грузовик и долго стоял, отдуваясь.

— Захлопни дверцу, — сказал Мартин. — Так. Теперь устраивайся поудобней. — Он завел мотор. — Хорошо ездить с такими тощими! С Жорди не особенно разъездишься.

Последний домик остался позади, грузовик выехал на шоссе. Мальчик высунулся в окно, и ветер трепал его кудри. Машину подбрасывало — на дороге было много рытвин, — и коробка съехала у него с колен.

— Смотри не простудись, — сказал Мартин.

Авель сел прямо, но коробку не поднял.

— Нам далеко ехать?

Элосеги вынул трубку и набил ее табаком.

— Километров десять.

Он вынул походную зажигалку, высек искру и подождал, пока разгорится фитиль.

— Ты издалека?

— Из Барселоны, — сказал Авель. — Мы там жили с бабушкой и с дядей еще с начала войны. Только бабушка месяц назад умерла, а у дяди с тетей нет средств меня содержать. Вот я и решил поехать сюда. В деревне, знаете, жизнь легче, и потом, с другой стороны, свежий воздух…

На шоссе не было столбиков, и на поворотах Элосеги сбавлял скорость.

— Надолго ты сюда?

— Не знаю. У меня еще нет определенных планов. Мои тетя и дядя очень хорошие люди, но им самим трудно живется. В наше время нелегко жить на ренту. Хотя тетя говорит: «Где двое едят — и третий наестся», но я, знаете, решил избавить их от лишних расходов.

По-видимому, он не хотел говорить подробнее, и Мартин не стал расспрашивать.

Авель смотрел в окно; возделанные поля, обсаженные дубками, сменились рощами пробкового дуба, зарослями дрока и можжевельника. На поворотах машина поднимала клубы пыли, которая белым слоем оседала на агавах и кактусах, росших вдоль кювета.

Они проехали место, откуда вела дорожка к интернату. Дом, где собирался поселиться Авель, стоял метров на четыреста дальше. Туда тоже вела дорожка (между двумя столбами была натянута цель), ветки дубов и сосен сплелись над ней, а в глубине стоял старый дом в колониальном стиле, запущенный и разоренный дом, который назывался «Раем».

— Вот и приехали, — сказал Элосеги. — По этой лестнице выйдешь на галерею. Вряд ли там есть звонок. Иди просто так. Если хочешь, я посигналю.