— Прекрасный ход, — ответила Кайлин и вырвала документы из рук Маркуса.

— Это — не шахматная партия, Кайлин, и я — не твой противник.

— Нет. Ты мой кукловод.

Гийон захлопнул папку с меню и бросил ее на стол.

— Ты нашла подходящее определение, "куколка".

— Я не "куколка". По крайнем мере, не твоя "куколка".

Гийон наклонился через стол и заглянул ей в глаза. О-о-о! В них полыхал настоящий гнев!

— А разве найдутся еще претенденты на роль твоего покровителя?

Да, это было низко. И он, черт возьми, знал об этом. Но сейчас, глядя в ее глаза и читая в них боль и уязвимость, он почувствовал себя отомщенным.

Кайлин побагровела на глазах и, не стерпев унижения, бросила бумаги, что держала в руках, ему в лицо.

— Итак, — как ни в чем не бывало, продолжил Гийон, — на этом закончили. Теперь о работе. Тебе, куколка моя, предстоит сегодня поработать с Ено. Он покажет тебе записи осмотров домов остальных жертв. А ты попробуешь напрячь свои мозги и выдать очередную стоящую мысль. Можешь всего лишь одну. Большего я от тебя не требую.

— Что еще? — спросила Калин, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди.

— Мало? Тогда закончи склеивать бумажки, которые до сих пор разбросаны по всей моей комнате.

— Моей комнате, ты хотел сказать.

— Нет, эта комната — моя, а ты в ней всего лишь гость. Так что изволь навести там порядок.

— Еще что-нибудь? — сладким голосом повторила Кайлин и натянуто улыбнулась.

— Пока — это все.

— Да, совсем забыла сказать: если еще раз ты позволишь себе порыться в моих личных вещах, я разгромлю твой кабинет.

Гийон сдвинул брови и вопросительно посмотрел на нее.

— Какие вещи?

— Мои вещи в моем доме.

— Кто-то был в твоем доме?

— Только не прикидывайся! — повысила тон Кайлин и наклонилась к нему. — Я пока еще в состоянии понять, рылся кто-нибудь в моих вещах или нет!

Гийон посмотрел на каждого из сидящих за столом, а затем перевел взгляд на Кайлин:

— Когда ты это обнаружила?

— Вчера вечером. Стоило на несколько часов в магазин отлучиться, и на тебе…

— У тебя в доме установлена охранная сигнализация. Код от нее известен только мне. И вчера вечером в доме у тебя был не я.

Кайлин рассмеялась. И хотя сторонний человек мог бы подумать, что ей весело, Гийон уловил истерические нотки в этом смехе.

— Успокойся, — приказным тоном ответил Гийон, и Кайлин, как это ни странно, замолчала. — Как ты определила, что в доме кто-то был?

— Я никогда не закрываю за собой двери, ты знаешь почему. А когда я вернулась вчера двери в подвал и мою спальню были закрыты.

— Это все?

— Нет, — замялась Кайлин и умолкла.

— Ну? Говори, что еще?

— Мой компьютер. Кто-то его включал.

— Компьютер?

— Да. Такой же обруч, как и у вас всех.

— И ты оставляешь его дома?

— Да, — пожала плечами Кайлин.

— Зачем тебе портативный контактный ПК?

— В смысле?

— Кайлин, у тебя какое-то странное мышление. Это средство связи прежде всего. Его придумали для того, чтобы носить с собой. Кроме того, если там хранятся твои личные данные, зачем оставлять его дома?

— Не знаю. Связь мне не нужна: Ено и так за мной по пятам тягается. А носить его с собой — зачем? Я не работаю на нем, так, развлекаюсь.

— И давно ты знаешь, что Ено приглядывает за тобой?

— Да, почти сразу поняла. Чуть что — Ено через десять минут у меня. Даже подумывала, не пригласить ли его в дом: пусть лучше на диване сторожит, чем под забором в кустах прячется. А потом решила, что ему все равно.

— Все ясно. А как ты определила, что компьютер включали?

— Размер головы у меня не такой большой, как у того, кто его на себя примерял.

— Рихтор, ты с группой криминалистов едешь в дом к Кайлин.

— Постойте, это значит, что никто из вас вчера у меня не был?

Все уставились на нее, как на умалишенную.

— И это значит, что вчера я могла встретиться лицом к лицу с тем, кто это сделал?

— Тебе повезло, — ответил Гийон. — В следующий раз может не повезти. Я вообще не понимаю, какого черта ты сразу не забила тревогу? Ты приходишь к себе домой, понимаешь, что кто-то без спросу к тебе вломился и что?