Шрифт:
Уловив нотку подозрения в его голосе, девушка покраснела. Он предположил самое дурное, решила Роза, об ирландцах всегда думают дурное.
— Из-за господина Лакауэя, сэр.
— Что случилось с моим племянником?
— Он спустился на кухню. Мне показалось, что он нетвердо стоит на ногах, потому я помогла ему лечь в постель.
Роза жестом указала на дверь Чарлза, которую оставила открытой.
Доктор Гренвилл заглянул в комнату племянника — не накрывшись одеялом и неуклюже развалившись на кровати, юноша громко храпел.
— Простите, сэр, — извинилась она, — Я бы не стала подниматься сюда, если бы он не…
— Нет, это я должен просить прошения. — Доктор вздохнул. — День выдался очень тяжелый, и я утомился. Доброй ночи.
Он отвернулся.
— Сэр! — позвала Роза. — Есть какие-нибудь новости о Норрисе?
Гренвилл остановился и, неохотно повернувшись снова, посмотрел на девушку.
— Боюсь, что у нас мало причин для оптимизма. Улики убийственны.
— Улики фальшивы.
— Это должен определить суд. Но в суде принимать решение о том, виновен он или нет, будут чужие люди, ничего не знающие о Норрисе. Им ведомо лишь то, что они читали в газетах и слышали в тавернах: что Норрис
Маршал находился поблизости от всех четырех убийств, что его видели склонившимся над телом Мэри Робинсон, что срезанное лицо Эбена Тейта обнаружили в его комнате, что он искусный анатом и мясник. Если брать каждый вопрос по отдельности, защиту выстроить можно. Но когда все это представят суду, вина Норриса покажется неоспоримой.
Роза в отчаянии смотрела на доктора.
— Неужели мы никак не сможем защитить его?
— Боюсь, некоторые люди шли на виселицу и за меньшее.
От безысходности Роза опрометчиво схватила Гренвилла за рукав.
— Я не могу спокойно смотреть, как его вешают!
— Мисс Коннелли, еще не все потеряно. Наверняка есть способ спасти его. — Гренвилл взял девушку за руку и, не выпуская ее, поглядел Розе прямо в глаза: — Но мне понадобится ваша помощь.
31
— Билли! Сюда, Билли!
Подросток в замешательстве огляделся, пытаясь в полумраке отыскать того, кто только что тихонько его окликнул, У ног паренька вертелась черная собака. Внезапно она взволнованно тявкнула и помчалась прямо к Норрису, который, пригнувшись, прятался за грудой бочек. По крайней мере, собачонка не думала о нем ничего дурного, напротив, она помахивала хвостиком, дружелюбно и радостно играя в прятки с человеком, которого совсем не знала.
Полоумный Билли оказался куда осторожнее.
— Кто там, Пятныш? — спросил он с таким видом, будто и вправду ожидал ответа от собаки.
Норрис вышел из-за бочек.
— Это я, Билли, — объявил он и увидел, что паренек попятился. — Я ничего тебе не сделаю. Ты ведь меня помнишь, верно?
Билли посмотрел на своего пса, который без всякой опаски начал лизать Норрису руку.
— Вы друг мисс Розы.
— Мне нужно, чтобы ты отнес ей записку.
— Ночная стража говорит, что вы и есть Потрошитель.
— Нет. Клянусь, это не я.
— Они вас ищут и там, и сям, и на реке.
— Билли, если ты ей друг, ты выполнишь мою просьбу. Парень снова взглянул на пса. Наблюдая за их беседой,
Пятныш, помахивая хвостом, уселся у ног Норриса. Билли хоть и был дурачком, но прекрасно знал, что в оценке человеческих намерений собаке стоит доверять.
— Я хочу, чтобы ты пошел в дом доктора Гренвилла, — продолжал Норрис.
— В тот большой, на Маячной улице?
— Да. Узнай, там ли она. И передай ей вот это. — Норрис протянул парнишке сложенный пополам обрывок бумаги. — Отдай ей лично в руки. Только ей.
— Что там написано?
— Передай это ей — и все.
— Это любовная записка?
— Да, — выпалил Норрис. Ему не терпелось, чтобы паренъ скорее ушел.
— Но это ведь я ее люблю, — заныл Билли. — И женюсь на ней. — Он бросил бумагу на землю. — Я не понесу ей вашу любовную записку.
Скрывая досаду, Норрис поднял обрывок.
— Я хочу сказать ей, что в будущем она вольна жить так, как ей хочется. — Юноша снова сунул листок в руку
Билли. — Отнеси это ей, пусть знает. Прошу тебя. Она рассердится, если ты этого не сделаешь, — добавил Норрис.
Это сработало. Больше всего на свете Билли боялся прогневать Розу. Парень сунул записку себе в карман:
— Для нее я сделаю что угодно, — заявил он.
— Никому не рассказывай, что видел меня.
— Я, знаете ли, не глупец, — возмутился Билли и двинулся в ночь. Собака пустилась следом.
Норрис не стал тянуть — он быстро зашагал дальше по темной улице, направляясь к Маячному холму. Билли мог действовать из лучших побуждений, однако Норрис не был уверен, что паренек сохранит тайну, и не собирался дожидаться, пока его отыщет Ночная стража.