Средняя сестра работала над уравнениями с тремя переменными. Он вряд ли оценит, если я выдам ему решения всех этих уравнений с тремя переменными. К тому же на это уйдет куча времени.

Старшая сестра трудилась над детерминантами. Достаточно трудными, так что заняться ими имело смысл. Но задач было слишком много, так что и на это тоже уйдет куча времени.

Я спросил ее: А нет ли каких-нибудь других задач, которыми я мог бы заняться?

Она пожала плечами и сказала: Посмотри вон там. Может, найдешь что-нибудь.

И указала на папку на столе. И все девочки дружно расхохотались. Я спросил: Что там? Они ответили: Так, ничего особенного.

Я открыл папку, в ней лежала толстая пачка бумаг с напечатанными на них задачами. Там оказалось много задач, которые были мне явно не по зубам, и я стал перелистывать бумаги — вдруг найдется что-нибудь, связанное с анализом Фурье?

Вверху каждой страницы было написано: «3 часа». Я спросил: А когда обед?

Девочки ответили: Ровно в восемь.

Было 7.15. И я подумал: Если число всех этих задач разделить на три, то, пожалуй, к 8.15 и управлюсь.

Задачи на листках бумаги были самые разные, в то время как каждая из девочек занималась каким-то одним типом. И тогда я выбрал четыре задачи, связанные с анализом Фурье, — они были на разных страницах. Задачи оказались несколько сложнее тех, что приводились в моем учебнике, поэтому я закончил чуть позже, чем намеревался, к 8.30.

И пошел в столовую. Он сидел во главе стола и разливал вино по бокалам. И говорил:

Важность этого предложения, Кен, не подлежит никакому сомнению. Да, в чем дело?..

Я сказал, что выполнил свое задание.

Он сказал: Неужели?

Я сказал: Хотите проверить?

Он сказал: Боюсь, с этим придется немного подождать.

Я сказал: Тогда можете поверить мне на слово.

Он рассмеялся и сказал: Фироза, будь добра, поставь-ка нам еще один прибор.

Жена поставила на стол еще один прибор для меня и положила на тарелку огромную порцию карри. И сказала мне, что доктор Миллер пришел обсудить одну очень важную вещь и что муж заглянет в ежедневник чуть попозже, может, и выкроит для меня время. Сорабджи продолжал пылкие рассуждения и наполнил бокал доктора Миллера вином. А доктор Миллер все повторял: Вернемся к тому, о чем я говорил раньше. Все это продолжалось часа два, но девочки так и не пришли в столовую со своими задачами.

После обеда Сорабджи сказал: Будем пить кофе у меня в кабинете.

Я почувствовал, что пробил наконец-то мой час.

И вышел следом за ними из столовой, не забыв захватить бумаги. Мы прошли мимо комнаты, где работал телевизор, — три девочки по-прежнему сидели за столом, поглядывали на экран и решали задачи. Рядом с каждой стояло по тарелке с карри.

Доктор Миллер прошел в кабинет, за ним хотел прошмыгнуть и я, но тут доктор Миллер взглянул на меня и заметил с улыбкой: Сожалею, но мы должны обсудить одно очень важное дело.

И вдруг Сорабджи сказал: Да ничего, пусть заходит, осталось уточнить лишь кое-какие мелкие детали. Главное, что мы понимаем друг друга.

Миллер сказал: Хотелось бы надеяться

Сорабджи сказал: Уж поверьте

и попросил: Кофе и чего-нибудь покрепче

и тут Миллер посмотрел на часы и сказал: Знаете, мне пора, нет, честное слово, я и без того засиделся, к тому же ехать далеко

Сорабджи сказал: Что ж, в таком случае не буду вас искушать

и Миллер подхватил: Нет, лучше не надо. И да, кстати, где я оставил плащ? Ах вот он!..

Взял старый дождевик, висевший на спинке кресла, надел его, потом взял старенький портфельчик, стоявший возле того же кресла. И сказал: Полагаю, мы решили все основные вопросы.

Сорабджи сказал: Абсолютно. Уверен, мы пришли к согласию по всем основным проблемам

и Миллер тут же подхватил: Что ж, в таком случае надеюсь, картина наших дальнейших действий вам в общих чертах ясна

и Сорабджи сказал: О да, это было чрезвычайно полезно, спасибо за то, что зашли.

Миллер сказал: Что вы, не за что. А потом добавил: К концу недели надеюсь представить вам предварительный письменный вариант.

Сорабджи сказал: Позвольте проводить вас до дверей.

Я слышал, как захлопнулась дверь и как Сорабджи, тихонько насвистывая, шел по коридору.

Вошел в кабинет и увидел меня. И сказал: А ты, я смотрю, от избытка скромности не умрешь, верно?

Я спросил: Что вы имеете в виду?

Он сказал: Ладно, не важно. В любом случае я тебе признателен. Давай посмотрим, как ты справился с задачами.

Я протянул ему листки бумаги. И сказал: Пришлось решить несколько дифференциальных уравнений, потому что остальные отняли бы кучу времени.