На первом этаже надсадно зазвонил телефон. Лене не хотелось прерывать захватывающего процесса поиска, но она вспомнила, что дома по-прежнему никого. Отчим гуляет по старому адресу, мама – на работе.

– Сегодня я видел твою коллекцию, – сообщила ей трубка Бориным голосом.

– Алле! Говорите! – крикнула, не расслышав, Лена, но вдруг смысл сказанного Борей дошел до ее сознания, и она испуганно замолчала.

– И эта коллекция впечатляет, – негромко, но удивительно четко продолжал Боря. – Ты стала мастером.

– Это еще не повод звонить мне в такое время, – ответила Лена холодно.

Неужели и на этот раз сработает схема их первого разговора? Оскорбленная его невозмутимым тоном, она наговорит ему дерзостей. Он обидится... А третьего звонка может и не быть.

– Извини, если я разбудил тебя.

– Дело не во мне! Родители уже спать ложатся.

– Ну что родители – дело молодое! А ты сама-то как?

– А я – в Интернете пасусь. Институт себе подбираю.

– Хочешь вторым дипломом обзавестись? Молодчина! Хвалю. Хотя... нужно ли тебе это?

– Нужно. Мне это даже очень нужно. – В Ленином голосе прослышалась твердость, хотя внутренне она находилась в состоянии близком к панике: вот сейчас разговор про второе образование исчерпает себя, и что? Боря попрощается, положит трубку...

– И что же мы теперь собираемся штудировать?

– Психологию.

– Это еще зачем?!

– Да просто для себя – интересно. Хочу разобраться в психологии творческого процесса.

– Эва куда тебя занесло! – заметил не без уважения Боря. – Ну ладно, валяй... А я тебе чего звоню-то, хочу предложить кое-что. Может, клюнешь?

– Предлагай, может, клюну. – Обмен короткими, сухими фразами напоминал Лене партию в пинг-понг. В ответах было важно все: индифферентная тональность, быстрота реакции. Растеряйся она хоть на секунду, Боря легко просечет ее истинное душевное состояние.

– Надо встретиться – поговорить.

– Зачем? – привычно уже парировала Лена.

– Мне понравились твои кошки. Такие вещи и в салоне не в лом выставить.

– Выставить?

– На продажу.

– Ну... – Она все-таки сбилась с тона. – Ну, выставляй, если тебе они правда понравились.

– Это не так просто, дорогуша. Приезжай завтра в салон к семи часам, озвучим детали.

– Приезжать? – Лена замялась – их разговор подошел к роковой развязке.

– Пиши адрес. – В Борином голосе послышалась откровенная насмешка, но отказаться Лена не смогла.

Борин салон – официальное название Muratoffs Аrt Galery – находился вблизи станции метро «Кузнецкий Мост», на старинной, типично московской улице, соединяющей Лубянскую площадь с Рождественским бульваром. Дома стояли здесь вплотную друг к другу. С одной стороны галерея соседствовала с помпезным банком, выстроенным в прекрасных традициях начала двадцатого века, с другой – примыкала к некоему Государственному комитету (Лена прочитала и сразу позабыла его название).

Она немного задержалась у стеклянной тонированной двери в галерею, делая вид, что всматривается в выставленные на витрине диковинные вещицы.

Смешно... В последний момент выясняется, что к встрече с Борей она совсем не готова, а между тем в последние полгода только и делала, что мечтала о ней. Сейчас, переступив порог, она лицом к лицу столкнется с Муратовым – он мгновенно прочтет на ее лице радость, робость, надежду и укор. Лена задумалась, представив себе эту сцену, машинально потянула дверь на себя и оказалась в выставочном зале.

В самом его центре, под стеклянным куполом потолка, воткнулся в пол фюзеляж немецкого самолета времен начала Второй мировой войны. Фюзеляж торчал под наклоном, на его боку были хорошо заметны остатки черной свастики в белом круге. От фюзеляжа в плитах пола расходились трещины, тоже напоминающие свастику.

Лена подумала, что ошиблась, повернулась к дверям, но ее неожиданно окликнул вкрадчивый женский голос:

– Добрый день, что заинтересовало вас?

– Это галерея Бориса Муратова?

Только теперь, оглянувшись на голос, Лена заметила на серых, обтянутых рогожкой стенах многочисленные картины. Она успела отметить странное соседство чисто декоративных и мудреных, концептуальных полотен. А вот традиционный реализм в Бориной галерее, по всему заметно, не жаловали.

– Совершенно верно! Галерея Бориса Муратова. Так что же все-таки заинтересовало вас? – Из глубины зала к Лене приближалась высокая, гибкая женщина с распущенными по плечам русыми волосами – должно быть, менеджер или администратор зала. Одета она была в длинную широкую юбку и шаль – настоящую униформу сотрудниц художественных салонов. – Да, я вижу, вас заинтересовал самолет! – продолжала администратор, радостно посверкивая крупными сиреневатыми камнями в серьгах и браслетах. – Но, кроме самолета, я могу предложить вам...