– Знаю.

– Пол, Хелен нет в живых.

– А, значит, вот почему она не отвечает на мои звонки.

Такой мрачной шуткой Джэнсон попытался скрыть мир своей боли, но не слишком успешно.

Не отводя взгляда, Катсарис крепче сжал его плечо.

– Ее не вернуть назад ничем – ничем. Делай с кагамскими фанатиками что хочешь, но не забывай об этом.

– С тех пор минуло уже пять лет, – тихо промолвил Джэнсон.

– Ты ощущаешь эти пять лет?

Ответ был произнесен едва слышным шепотом.

– Мне кажется, это было только вчера.

Не так командир разговаривает со своими подчиненными. Так человек говорит с тем, ближе кого у него никого нет на всем белом свете, с тем, кто никогда не солжет. Джэнсон шумно вздохнул.

– Ты опасаешься, что я обезумею от жажды мести и обрушу гнев Господень на террористов, убивших мою жену.

– Нет, – сказал Катсарис. – Я боюсь, что где-то глубоко в подсознании ты считаешь, что сотрешь все написанное, почтишь память Хелен тем, что сам падешь от их руки.

Джэнсон возбужденно покачал головой, но у него мелькнула мысль, нет ли правды в словах Катсариса.

– Мы не собираемся умирать сегодня, – произнес он.

Оба прекрасно понимали, что это лишь ритуальная фраза, призванная укрепить уверенность в собственных силах, а не отражение реальной вероятности.

– По иронии судьбы, Хелен искренне сочувствовала кагамцам, – помолчав, сказал Джэнсон. – Конечно, не террористам, не ФОКу, а простым людям, помимо своей воли оказавшимся втянутыми в этот кровавый водоворот. Если бы она не погибла, то сейчас наверняка была бы рядом с Новаком, пытаясь достичь какого-либо мирного соглашения. Нет спору, Халиф является архиманипулятором, но он существует потому, что на Ануре чересчур много настоящих страданий, которыми можно манипулировать.

– Если мы направляемся туда для того, чтобы осуществить социальную перестройку общества, нас снабдили не тем оборудованием. – Тео провел кончиком большого пальца по лезвию ножа, проверяя, насколько оно острое. – К тому же Петер Новак уже попробовал, и вот куда это его завело. Нас ждет чистая игра «пришел-ушел». Проникновение и освобождение.

Джэнсон кивнул.

– Если все пойдет как предусмотрено, мы проведем на Ануре в общей сложности сто минут. С другой стороны, если мы собираемся встречаться с этими людьми, возможно, будет очень кстати знать, кто они такие.

– Если дело дойдет до этого, – мрачно пошутил Катсарис, – это будет означать, что к черту пошло все, что только могло пойти.

– Я ничего не имею против того, чтобы прокатиться на этой крошке, – с восхищением причмокнул Гонвана.

Он, Джэнсон и Хэнесси стояли в темном ангаре, давая глазам привыкнуть к полумраку после ослепительного солнечного света.

Самолет-амфибия «БА-609», оснащенный пропеллерами с изменяемым углом, сменил снятый с вооружения «Оспрейс»; подобно своему предшественнику, он мог, как вертолет, осуществлять вертикальный взлет и посадку, а затем, поднявшись в воздух и переведя лопасти в горизонтальное положение, летать как обычный самолет. Компании «Белл» и «Огуста», признанные производители авиационной техники, сделали фюзеляж данного образца не из стали, а из особо прочной литой резины. В результате получился исключительно легкий летательный аппарат, способный пролететь на литре горючего значительно больше, чем любая серийная модель, – вчетверо больше. От его универсальности в большой степени зависел успешный исход операции.

Гонвана погладил матовую поверхность фюзеляжа.

– Красавец!

– И невидимка, если боги будут на нашей стороне, – добавил Джэнсон.

– Я помолюсь своим предкам, – весело заявил Гонвана.

Закоренелый атеист, обучавшийся в Москве, он был невосприимчив к любым формам религии, как к туземным, так и к принесенным миссионерами.

– Бак наполнен доверху. Если ты не слишком растолстел с тех пор, как мы работали вместе в последний раз, как раз хватит, чтобы слетать туда и вернуться назад.

– Слушай, горючего будет в обрез. – Глаза мозамбикца стали серьезными.

– У нас нет другого выхода. Не я выбирал время, не я выбирал место. Можно сказать, всю музыку заказывает ФОК. А я просто пытаюсь импровизировать, как могу. Сейчас мы обсуждаем не тщательно продуманный и взвешенный план. Скорее что-то вроде: «Эй, братва, давайте-ка устроим хорошее представление».

– Мики Руни и Джуди Гарленд [13] на сеновале, – угрюмо вставил Хэнесси.

– Да еще с вагоном взрывчатки.

Северное побережье Ануры изгибается подобно огромному сердцу с глубокой впадиной посредине. Восточная долька, в основном покрытая джунглями, практически безлюдна. Гонвана вел самолет на бреющем полете над джунглями Никалы. Оказавшись над морем, «БА-609» круто взмыл вверх, задрав нос под углом сорок градусов.

Несмотря на непрерывные повороты, наборы высоты и снижения, Гонвана вел самолет необычайно плавно. Опытный летчик словно предчувствовал воздушные течения и заранее предпринимал соответствующие меры. Пропеллеры, переведенные в горизонтальное положение, издавали ровный шум, нечто среднее между жужжанием и ревом.