Алькасар смотрел на Дмитрия и не верил своим глазам: какой злой рок все время ставит на его пути носителя Каладборга? Неужели из-за его появления все планы Алькасара вновь пойдут прахом? Нет! Не на этот раз! Он отдал части личей и всем пустотникам приказ обрушить на Дмитрия «пресс», который заблокирует мощь Каладборга. Тогда шансы несколько уравняются. «Пресс» сработал. Лезвие Каладборга резко уменьшилось в длине и столь же сократилась его разрушительная мощь. Но Дмитрий был готов к подобному развитию событий.

– Аллерия, свяжись с Селеной: пусть займется личами! – крикнул он эльфийке, стоявшей метрах в двадцати от него. Та кивнула – поняла.

«Ладно, господа, хотите сыграть в жесткую игру? Я вам это обеспечу!» Рогожин стремительно двинулся навстречу приближающемуся отряду пустотников. Алькасар взглянул в его холодные глаза и вдруг с предельной четкостью осознал, что этот противник ему не по зубам. Вся магическая сила пустотника, включая и его темную ауру, уходила на блокировку мощи Каладборга, но Алькасар чувствовал, что мощь эта была заблокирована не полностью. Остатков ее вполне хватит, чтобы сделать Рогожина, и так-то очень сильного бойца, практически непобедимым. Дмитрий приближался, и в его зловещей улыбке и ледниках глаз была смерть, окончательная и необратимая.

Решение было принято мгновенно. Алькасар отдал приказ личам телепортироваться прочь и утаскивать с собой всех пустотников. Инфер с ней, с низшей нежитью: ее ряды всегда можно будет пополнить в захваченных городах Пандемониума. А сейчас надо спасать элиту.

К тому моменту, когда враг начал спешное отступление, Селене удалось уничтожить трех личей. Сила Каладборга вернулась. Теперь оставшийся враг был для него все равно что трава для косаря. Но выкосить ее все же придется. Дмитрий повернулся к колонне нежити, вновь превратив свой меч в синий луч смерти. Инферийка заняла позицию у него за спиной на случай, если кому-нибудь из усмирителей придет в голову глупая мысль попытаться задержать «преступника номер один – Ледяного убийцу». Но предосторожность оказалась излишней: те в этот момент не испытывали ничего, кроме благодарности за спасение и желания убраться отсюда подальше.

Итак, наступление нежити на данном участке фронта было приостановлено… Но к этому времени Тьма наступала уже по всему миру…

Верхний мир

Лианэль опоздала. Опоздала совсем ненамного – примерно на пять минут. В мирное время члены Совета себе такого не позволяли, но война вносила свои коррективы: непредвиденные обстоятельства могли появиться у каждого и в любой момент. Тем не менее, все ее уже ждали. Все… Теперь их вместе с ней было только пятеро из положенных семи членов Совета, один из которых – Антаэл, выбранный на прошлом Совете на место Альтенарда. Действительно перспективный молодой Высший, который прорвался на это место благодаря активной агитации Пириэла и Тираэла и молчаливом одобрении Эрестора. Вводя в Совет своего явного сторонника, Пириэл получал гарантированное большинство: ведь она тогда тоже была за него горой… А сейчас… Все так изменилось после Кунгура, после Джексонвилла, после Замка Судьбы… После встречи с носителем Каладборга и исчезновения Эрестора и Тираэла. Сейчас она не могла определить свое отношение к нему.

Им впервые удалось собраться на Совет после джексонвиллского разгрома. Тьма не давала передышек, приковывая внимание всех Высших эдемитов к Пандемониуму. Только сейчас Лианэль смогла полностью осознать исчезновение двух членов Совета. Как же их, все-таки, мало! Только пятеро…

Пириэл поднял на нее тяжелый взгляд:

– Рад, что вы появились, уважаемая Лианэль, и нам не пришлось еще и вас записывать в потери.

– Простите. Я была на Урале, под Екатеринбургом. Там сейчас очень жарко.

– А где сейчас иначе? – с горечью спросил Пириэл. – Ладно, полагаю, нам нужно начать Совет. Очень жаль, что в неполном составе. Исчезновение уважаемых Эрестора и Тираэла – большой удар для всех нас.

– Гибель, – уточнила Лианэль.

– Что?

– Гибель. По крайней мере, если речь идет об Эресторе.

– Мы этого не знаем, – вмешался Этуар.

– Я знаю, – твердо ответила Лианэль.

– Откуда, если не секрет?

– Из Замка Судьбы. Я была там недавно.

– Это интересно, – оживился Пириэл. – Поделитесь с нами?

– Конечно.

Лианэль кратко изложила Совету события, связанные с ее посещением бывшей цитадели Безликих. Лица присутствующих по мере ее рассказа становились все мрачнее и задумчивее. Когда она закончила свой рассказ, Пириэл медленно произнес:

– Что же, у нас нет оснований не доверять предупреждениям Судьбы. Сейчас она стала непредсказуемой, это точно, но ложь – не ее профиль. Жаль, что к нам она враждебно настроена, но совершенно определенно, что Темного Судьба ненавидит больше, чем нас. Если она показала гибель Эрестора, то теперь становится понятным его исчезновение в Джексонвиллском сражении. Насколько я понял, о судьбе уважаемого Тираэла вы не располагаете никакими сведениями?

– Именно так.

– Тогда будем исходить из того, что он жив.

– Но кто убил главу Совета? Вас это не интересует, уважаемый Пириэл? – вмешался Алгон.

– Какая разница, кто персонально это сделал? Легионы нежити Лонгара Темного повинны в этом. Им и платить по счетам… Надо только заставить их сделать это.

– Я совсем не уверен, что именно нежить убила уважаемого Эрестора, – произнес Этуар.

Пириэл с раздражением покосился на него: