Требовалось спешить, возможно, раненый «грей» был уже на мушке «большого сато», и Джек открыл огонь, торопливо расстреливая вентиляторы.

«Большой сато» стал быстро поворачиваться, но Джек начал смещаться в противоположную сторону, продолжая стрелять и видя, как бронебойные снаряды высекают из защитных пластин искры, а тонкие крыльчатки рвут на куски.

Заметив движение «большого сато», «грей» снова ударил из пушек. Серия из сотни малокалиберных снарядов врезалась в его тыловую часть, снова неприятно удивив гиганта.

Чтобы разобраться наконец, откуда ему угрожают, «большой сато» начал пятиться и прозевал удар первого лаунчмодуля.

Взрыв гранаты оказался таким мощным, что защитные фильтры аудиоблока на «таргаре» были сметены напрочь, зато заработала связь, и Джек услышал охрипшего лейтенанта:

— Стентон, ответь, ты живой?! Стентон, ответь!

— Живой, сэр! Я живой! — крикнул Джек, и ему показалось, что этот голос звучит откуда-то со стороны.

— Уходим, Стентон! Давай на меня, скорее, пока его отвлекли!

Джек включил полный ход и, прикрываясь дюнами, понесся, как ему казалось, в сторону лейтенантского «грея».

— Пятнадцать градусов левее, Стентон! Скорее, парень, с лаунчами он уже разобрался! Сейчас начнет расстреливать боезапас!

Следуя советам лейтенанта, вскоре Джек вышел на его «грея», стоявшего на вершине небольшой дюны под прикрытием горы. Вот почему лейтенант так точно давал коррекцию курса.

— Вы живы, Тед? — поинтересовался в эфире Хольмер.

— Да, Клаус, прихрамывая, топаем домой. А что гигант?

— Уходит. Лаунчи успели передать нам картинку. Сейчас его стриты достанут, они уже на подходе.

Лейтенант оказался прав, еще до подхода стритмодулей по дюнам беспорядочно забарабанили ракеты и снаряды из «сотки». «Большой сато» был роботом-автоматом, его компьютерная логика подсказывала ему оптимальный вариант — нанесение возможного ущерба противнику и избавление от лишнего веса боеприпасов. Кроме, разумеется, тех, которые могли пригодиться в отражении нападения с воздуха. Об этой опасности «большой сато» тоже знал.

Внезапно машина Джека стала терять ход, он не сразу понял, что исчерпал запас батареи и картриджа. Пришлось включить дизель, и они с лейтенантом снова пошли на предельных скоростях, а уже за следующей полосой дюн им встретилась пара «гассов», которых привели капитан Хольмер и Сэмми-Флюгер. При таком сопровождении они могли не бояться даже «сато».

А того уже настигли «стальные стрекозы», и над горизонтом загрохотали лопавшиеся огненные шары.

Из-за прорыва аудиофильтра Джек слышал эту канонаду слегка искаженной и пытался представить, как вел себя при налете грозный гигант. Что он делал, стоял и стрелял в стритмодули или пытался спастись бегством?

Почему-то именно это для Джека сейчас казалось самым главным.

После возвращения в парк машину забрали механики, а Джека капитан лично проводил в медпункт, где врач сделал осмотр и сказал, что все в порядке, внешних и внутренних повреждений нет, но «парнишка в глубоком шоке».

— Все, что ему нужно, это нормальное питание и покой. Пусть как следует отоспится. А еще ему не помешают вот эти витаминки, по три-четыре драже в день.

И врач дал Хольмеру пластмассовую баночку.

Вместе с Джеком они вернулись в казарму, куда уже доставили из столовой еду — пожиже и пожирнее. Джек молча съел все, разгрыз одну витаминку и лег спать. Он проспал целых двое суток, но такие случаи военным были известны, особенно на передовой.

Джек проснулся вскоре после полудня, умылся, сходил на обед и, вернувшись в кубрик, застал там лейтенанта Кирша.

— Ну что, Стентон, поздравляю тебя со сдачей экзамена на классность. Теперь ты не стажер, а специалист четвертого класса.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил Джек, которому все вокруг казалось еще каким-то ватным.

— Теперь к твоей получке прибавляется полторы сотни. Но ты не подумай, что классность тебе дали за красивые глазки, чтобы деньжат побольше получал, просто на классного специалиста можно навалить больше работы, а у нас в роте некомплект. Так что иди в парк, принимай машину, садись на головы механикам и выкручивай им руки. Готовься к отправке.

— А куда?

— Как куда? На передовой рубеж.

— А здесь что? — не понял Джек.

— Здесь, Стентон, мы были на отдыхе целых две недели.

Полковник Хоторн первым вошел в зал совещаний, зажег свет и огляделся. Как будто все было тщательно убрано и ничто не напоминало о позавчерашнем банкете, когда штаб отмечал окончание летней кампании.

Хотя особых успехов в этой кампании армия «Аркона» на Билторе не добилась, зато она не сдала «Тардиону» ни одного важного района, а на Ветсале в борьбе с «Барнурским союзом» продвинулась более успешно и отхватила большой кусок районов нефтяной добычи.