Возникла эта подозрительная контора месяца полтора тому назад в небольшом полуподвальном помещении на углу Графского переулка и Троицкой улицы. Устав кооператива гласил: комиссионная торговля носильными вещами и предметами домашнего обихода.

Первое же ознакомление с «Мирным трудом» настораживало. Не говоря уже о Бутвиловском, и все другие члены правления кооператива оказались личностями довольно колоритными.

Член правления Антон Куртен на самом деле был Георгием Коттеном, сыном барона, приверженным к спекулятивной деятельности и финансовым аферам. Другим членом правления был полковник царской армии Василий Гейман. Еще в конце 1917 года он занимался вербовкой белого офицерства в войска Каледина, причем и на этом деле сумел погреть руки. Чекистам стало известно, что калединская контрразведка обвиняла Геймана в присвоении денежных средств.

Были все основания подозревать, что «Мирный труд» всего лишь прибежище для белогвардейского подполья.

Чекисты стали готовиться к ликвидации осиных гнезд на Финляндском вокзале и в лжекооперативе Бутвиловского — Антонова. Но в последний момент Бутвиловский неожиданно исчез из Петрограда…

У станции Торошино патрули пограничной охраны заканчивали проверку документов.

В плацкартном вагоне среди немногих пассажиров выделялся хорошо одетый молодой человек лет тридцати. Сидел у окна, никакого беспокойства не проявлял.

По требованию патруля пассажир этот предъявил паспорт, выданный Германским консульством в Петрограде на имя Иоганна Киттеля. Как и положено, на паспорте имелась виза Комиссариата внутренних дел Петроградского Совета на право выезда за границу и обратный въезд в Советскую Россию. Словом, все было в порядке.

И тут произошло неожиданное. Сидевший поблизости невзрачного вида пассажир вдруг заявил во всеуслышание:

— Да он же, товарищи, русский, я его знаю!

— Вот оно что! — насторожился старший патруля. — Придется вас задержать…

— Позвольте! — возмутился Киттель. — Вы что же, больше верите этому негодяю, чем паспорту Германского консульства?

— Пройдемте, комиссар во всем разберется.

— Но я дипломатический курьер, личность неприкосновенная! Вы будете за это отвечать!

Старший патруля снова взглянул в паспорт.

— А этого в паспорте не сказано. Как же так?

— Произошла досадная ошибка…

— Вот и придется ошибку исправлять, — сказал пограничник, засовывая в сумку загранпаспорт.

— Что за произвол! Какой-то сумасшедший наговорил вам ерунды, и вы верите ему…

— Спокойно, господин, — прервал старший патруля. — Прошу следовать с нами…

Под вечер, в канун первой годовщины Октябрьской революции, Антипов возвращался на Гороховую с операции по ликвидации нелегального склада оружия в эсеровском клубе на Заставской улице.

Как обычно, он заглянул вначале к дежурному ЧК, а там ожидала его лаконичная телеграмма:

«Задержан Торошино попытке проезда по загранпаспорту. Направлен гласным сопровождением ваше распоряжение. Последнее ему неизвестно. Еду этим же поездом, встречайте. Сенькин».

Антипов был обрадован этим известием. Тут же, по внутреннему телефону, он связался с начальником оперативного отдела Васильевым.

— Бутвиловский нашелся, — сообщил Антипов, — заходи ко мне.

Василия Александровича Васильева, члена большевистской партии с 1907 года, Петроградский комитет партии направил на работу в ЧК в конце августа 1918 года. Со своими сотрудниками он проводил ряд операций по этому делу — напал на след Бутвиловского, осуществлял первые мероприятия по лжекооперативу «Мирный труд».

Долго засиделись в тот вечер Антипов с Васильевым, обсуждая дальнейшие шаги, которые требовалось предпринять.

Прежде всего надо было установить, какие цели имел вояж Бутвиловского.

Допрашивать его решили сразу же по прибытии поезда на вокзал, в помещении транспортной ЧК.

Бутвиловский вошел в комнату в сопровождении двух красноармейцев. Старший из них вручил Антипову отобранный у него загранпаспорт.

— Я курьер Германского консульства в Петрограде Иоганн Киттель, — с апломбом представился Бутвиловский. — С кем имею честь разговаривать?

— С представителями Петроградского Совета, — ответил Антипов. — Прошу садиться.

— Произошла нелепая ошибка при оформлении моего паспорта… Комиссар в Торошино заверил меня, что власти разберутся… Прошу вас немедленно связаться с Германским консульством, с господином Брейтером…

У Антипова мелькнула мысль сразу же разоблачить Бутвиловского, намекнув на лжекооператив «Мирный труд». На всякий случай, он решил повременить.

— Василий Александрович, — обратился Антипов к Васильеву, — придется, надо думать, поинтересоваться багажом этого гражданина…