Осторожно скользнув в кусты, я начал огибать лагерь, но тут же ощутил странное беспокойство. Мне показалось, что кто-то за мной наблюдает и ждет, чтобы напасть. Скверное чувство. Я никого не видел и ничего не слышал. Но недооценивать Фетченов глупо. Я знал о них достаточно, чтобы быть чрезвычайно осторожным. Эти хитрые и ловкие парни много охотились и много дрались.

На полпути к большому тополю мне пришлось остановиться. Не заметив ничего подозрительного, снова двинулся вперед. Время шло, и я начал опасаться, что Галлоуэй с Моссом спугнут стадо до того, как мне удастся добраться до дерева.

Вдруг раздался отчетливый стук копыт. В лагерь кто-то приехал. Я находился на одной линии с тополем, поэтому лег на землю и пополз под кустами. Когда вновь увидел лагерь, у костра, тихо беседуя, стояли Черный с Берром и еще трое или четверо. Что-то случилось... Заметили Галлоуэя с Моссом? Или обнаружили наше стадо на севере?

И тут я увидел Джудит. Она спокойно лежала с открытыми глазами и головой, откинутой назад, — она смотрела на меня.

— Флэган! — прошептала она. — Сейчас же уходи отсюда. Если тебя найдут — убьют!

— Я пришел за тобой, — одними губами ответил я.

— Ты дурак. Я выхожу замуж за Джеймса.

— Через мой труп!

— Останешься здесь — и будешь трупом. Уходи!

Я ошибаюсь или она действительно уже не так решительно настроена на свадьбу с Черным? В любом случае без нее не уйду, решил про себя я.

Ребята должны начать гнать стадо несколько минут назад. Неужели что-то сорвалось? Вряд ли мне еще раз представится случай так близко подобраться к их лагерю, поэтому я решительно потребовал:

— Джудит, быстро иди ко мне. И тихо.

— Не пойду!

— Джудит, — рассердился я, потому что времени не оставалось, — как ты думаешь, почему шайка Фетченов подалась на Запад?

— Они приехали за мной! — гордо ответила она.

— Может быть... но у них есть еще одна, более веская причина. Фетчены бежали на Запад, потому что разыскиваются по обвинению в убийстве.

Бандиты все еще стояли у костра, переговариваясь. К ним подошел еще один. Тут кто-то из группы отступил в сторону, и я понял, что происходит.

В центре группы стоял чужак, которого, однако, я сразу узнал. Он неожиданно повернулся и зашагал к своей лошади. Я не видел его лица, но узнал походку — Ларни Кегл! И принимали его здесь как своего!

Вот теперь я испугался. Кегл наверняка доложил, что мы близко и намерены напасть. Не исключено, что он сообщил все о наших планах.

— Я не верю тебе! — прошептала Джудит.

— У меня больше нет времени. Черный, Берр и еще пара головорезов убили твоего дедушку. У меня есть телеграмма из Тейзвелла.

Она охнула, хотела еще что-то сказать, но затем выбралась из одеял, схватила сапоги и нырнула в кусты. Надо отдать ей должное: когда Джудит решила бежать, то не тратила ни времени, ни слов. Она скользнула по земле между ветками кустарника так же бесшумно, как ночная птица или призрак.

Мы пробирались через кусты, а у меня к горлу подкатывал страх: оказаться на пути бегущего в панике скота — удовольствие маленькое. Вдруг позади кто-то заорал:

— Джудит!.. Где эта дура?

Я услышал, как они бросились за нами. Тогда мы вскочили и побежали. Именно в этот момент раздался грохот сотен копыт, дикий вопль и несколько выстрелов. Испуганное стадо неслось, не разбирая дороги.

Оглянувшись, я увидел, как все сначала замерли, а затем кинулись к лошадям. И тут стадо сплошной стеной из тел, рогов и копыт врезалось в кустарник, круша все на своем пути.

Мой конь стоял в стороне, но у нас не оставалось ни единого шанса добежать до него. Я подпрыгнул, ухватился за нижнюю ветку ближайшего тополя, подтянулся и подхватил Джудит. Мне удалось втащить ее на дерево как раз, когда огромный разъяренный пятнистый бык выскочил из кустов. Из лагеря доносились крики и выстрелы — там пытались повернуть стадо. Затем мы услышали душераздирающий, полный отчаяния вопль какого-то бедняги, попавшего под копыта несущегося скота.

Основная масса стада прошла под нами, и я почувствовал жар тел возбужденных до предела животных. Весь кошмар продолжался всего несколько минут, но мне они показались часами.

Как только последний бычок исчез в ночи, я соскочил на землю и протянул Джудит руку. Она спрыгнула и на какое-то мгновение очутилась в моих объятиях. Но мы немедленно рванули следом за стадом по прибитым к земле веткам кустарника. До моего коня добрались быстро, и, можете мне поверить, он был рад меня видеть. Я вспрыгнул в седло, а за мной, обняв меня за талию, примостилась Джудит, и мы помчались на север.