Минут двадцать Бэрроуз и Фримонт продолжали перекрестный допрос. Они пытались пробить дыру в моем алиби, заставить меня признать, что в ту пятницу я не был в «Старой Стойке». Им удалось раскопать, что в тот вечер на четыре у меня была назначена несуществующая встреча, я же объяснял, что эта встреча в моем рабочем расписании — «чистейшая случайность». Они заставили повторить им то, что я уже однажды говорил: когда я ушел с работы, сколько времени провел в баре и когда вернулся домой. Я ни на шаг не отступал от своих слов, и они мало-помалу сдались. Стало очевидно, что, не имея серьезных доказательств, они не могут больше меня задерживать. Бэрроуз проводил меня до входной двери, заверив, что, «как только машина освободится», меня сразу же отвезут назад в Манхэттен.

Ждать пришлось больше часа. Это дало мне достаточно времени поразмыслить о том, кто мог быть этот свидетель. Бэрроуз обмолвился, что «платформа была слабо освещена», значит, этот человек видел меня либо когда я выходил из поезда на Принстон-Джанкшн, либо в тот момент, когда я ждал поезд в Нью-Йорк. Бэрроуз говорил о свидетеле «он», значит, это не могла быть женщина с противоположной платформы, которая мне улыбалась. Я вспомнил, как на лестнице, ведущей к поездам, я обогнал мужчину в деловом костюме, потом было еще несколько человек на скамейке. Один из них и мог быть этим свидетелем, но я решил, что все это не важно. Если какой-то тип в тот вечер и видел меня на платформе, он вряд ли смог как следует меня рассмотреть, иначе уже рассказал бы полиции, что у меня были светлые волосы.

Пытаясь отделаться от назойливых мыслей, я взглянул направо и увидел в дверях Майкла Рудника. Он выглядел таким, каким был в четырнадцать лет, — толстый, с россыпью прыщей и широкими бровями, сросшимися в гусеницу.

Я изо всех сил зажмурился, а когда снова открыл глаза, Рудника уже не было.

Двери лифта открылись, передо мной стоял Боб. Было уже больше пяти, в руках он держал портфель, очевидно собираясь идти домой.

— Где вы были? — спросил он. — В четыре я собирал всех на совещание.

— Мне очень жаль, так вышло. Моя встреча в двенадцать тридцать затянулась.

— Ну хорошо, хорошо, — пробормотал он. — До завтра.

Я пошел дальше, размышляя, попал ли я снова в его черный список или нет. Подумав, решил, что это абсолютно не имеет значения. Может быть, поставь я в свое расписание несуществующую встречу еще пару недель назад, это и грозило бы мне увольнением, но сейчас я уверенно шел к тому, чтобы стать лучшим продажником компании, и Боб, скорее всего, будет закрывать глаза на такую мелочь.

Проверив почту и не найдя новых писем с угрозами, я вздохнул с облегчением. Похоже, это знак того, что всем моим неприятностям конец.

Я работал в офисе допоздна, пытаясь наверстать упущенное время. Примерно в восемь я решил, что на сегодня хватит. Сил не было никаких, вечер был влажный и давящий. Я взял такси и поехал домой.

В дверях меня встретила Пола. Она сказала, что беспокоилась обо мне, но потом вспомнила, что сегодня собрание у «Анонимных алкоголиков». Я совершенно забыл об этом, но тут же ловко выкрутился. Я сказал ей, что собрание прошло «прекрасно». Она спросила, о чем мы говорили, и я ответил: «Ни о чем, все как обычно — запои, связанные с этим истории». Пола сказала: «Я так горжусь тобой» — и добавила, что на кухне меня ждет теплая еда из китайского ресторана.

Я съел креветки с фасолью, хотя и не был голоден. Разломив китайское печенье с предсказанием внутри, я громко прочел вслух: «Ты — хозяин своей судьбы».

— Наверное, имеется в виду твое сегодняшнее собрание у АА, — предположила Пола.

— Наверное, — ответил я.

Мы с Полой уселись на диван и стали смотреть телевизор. Я уже начал засыпать, когда зазвонил телефон. Пола сказала, что возьмет трубку, но я был ближе, поэтому подошел сам. Я сказал «алло», но на другом конце тут же положили трубку.

— Кто звонил?

— Опять ошиблись номером. Если это будет продолжаться, придется позвонить в телефонную компанию.

Я вернулся на диван и тут же заснул.

Такой мэйл ждал меня, когда я во вторник утром пришел на работу. Я чувствовал, что вот-вот сорвусь. Прошлой ночью, первый раз за несколько дней, мне удалось нормально выспаться, но теперь кошмар начинался заново.

С силой вбивая буквы в клавиатуру компьютера, я напечатал:

Потом я добавил:

Я нажал «отправить».

Остаток утра был приятно беден событиями. Несколько человек из фирмы, в том числе Боб, отправились на выездной семинар, поэтому обстановка была более спокойная, чем обычно. Большую часть времени я звонил по телефону, отслеживая ситуацию с нашими проектами, и, кроме того, обзвонил нескольких клиентов. Ненадолго мне удалось полностью сосредоточиться на работе.