Сколько силы воли пришлось приложить для возвращения плодов обратно в кастрюлю, трудно было передать словами. Настолько хотелось съесть эти баклажанчики. Все и сразу! Но видимо, все-таки значительно помогло недавнее перенасыщение жареным мясом. С полным желудком контролировать свои желания в любом случае проще. Вдобавок пришло озарение: если трудно от чего-то оторваться, немедленно займись важным делом или тяжелой работой. И работы имелось непочатый край!

Косясь глазами на раскрытую кастрюльку и сглатывая непроизвольную слюну, Хотрис перехватил топорик удобнее в ладонь и устремился к ждущей его очереди шкафов, комодов и выдвижных ящиков, в которых таились воистину настоящие сокровища.

Ждать обещанного разговора с Еленой пришлось очень долго. Если судить по часам, пятьдесят семь минут прошло.

Понятно, что все это время три человека на конспиративной квартире не бездельничали. Светозаров вместе с Казимиром Теодоровичем в четыре руки набирали команды нанятым сыщикам, рассылали письма и перерабатывали поступающую сплошным потоком информацию. Ни о чем другом и подумать было некогда, а уж сборник файлов с записью поимки небольшой армии вторжения вокруг предыдущего штаба сразу отложили для просмотра на далекое будущее. Будет время для досуга, будет и развлечение. Потому что вряд ли что ценного на той записи обнаружится.

Александра внимательно следила через наружные камеры за находящимися в опасной близости пространствами: коридорами, лестничной клеткой, крышей, соседними балконами и некоторыми участками улиц напротив дома. Благо, что и здесь неизвестный устроитель квартиры, действовавший когда-то по заказу Торговца, постарался на славу. Хотя, судя по ворчанию заказчика, экипировка этой квартиры обошлась ему в свое время в весьма крупную сумму, чуть ли не больше стоимости самой квартиры. Но именно подобная щедрость сейчас и окупилась.

Как раз после пятидесятой минуты Александра уловила первые опасные симптомы слежки, а чуть позже и спешного окружения.

– Все-таки они нас выследили! Как ты и предполагал, одного часа хватило.

– Ничего, четверть часа у нас еще будет, – рассуждал Дмитрий. – А потом в любом случае уходить придется.

Бывший агент думала более масштабно:

– Тебя ведь приказано уничтожить, так что могут и ракету прямо сюда запустить.

– Сомневаюсь, что мой труп им поможет перехватить готовящийся выкуп. Да и не так просто протащить в место, удобное для пуска, ракету. Пусть даже несколько гранатометов. Напоследок, чтобы ты меньше волновалась, я поставил вокруг нас особые щиты. Они, конечно, не могут выдерживать прямых попаданий ракет большой разрушительной силы, но нас просто аккуратно вытолкнет в межмирское пространство, а дальше мы уже сами, своими силами.

– Хм, но я ничего не чувствую, – озадачилась его супруга, внимательно осматриваясь по сторонам. – Или мне не дано?

– Скорее всего. Эти щиты может заметить лишь тот, кто видит створы между мирами. Они фактически и являются первой фазой создания перехода в подпространство. А если…

Но объяснить до конца он не успел: зазвонил установленный в льюпере мобильник. Тотчас включили сетку координат, Александра еще внимательнее стала наблюдать за экранами внешнего обзора, а сам Торговец включил кнопку ответа:

– Слушаю.

– Уважаемый Дмитрий, вы готовы поговорить со своей сестрой? – Вкрадчивый голос халифа так и сочился нарочитой вежливостью и добродушием.

– Всегда готов! – последовало грубое солдафонское заверение.

С этого самого момента Торговец вознамерился говорить жестко, чуть развязно и грубовато, всеми силами стараясь скрыть свою тревогу за родную сестру.

– Тогда сразу напоминаю, что при скользких, явно запретных вопросах разговор немедленно прекращаю. Вдобавок убедительная просьба: растолкуйте Елене, что обстановка сейчас крайне сложная, поэтому временные трудности с размещением должны ею восприниматься с пониманием и терпимостью.

– Хорошо, это вполне справедливое требование.

– Тогда говорите.

И в следующий миг послышался родной голос:

– Димусик! Как я рада тебя слышать!

Интонации были знакомы, и Светозаров ни минуты не сомневался, с кем он разговаривает. Да и какое-то подспудное чувство родства не допускало иной трактовки.

– Я тоже рад. Как там с тобой обращаются?

– Да нормально. Живу как сахарный снежок в хрустальной коробочке. А что там с выкупом за меня, ты уже собрал?

– По этому поводу не переживай, все налаживается.

– А то так уже хочется с тобой увидеться, ты просто не представляешь, как я тут извожусь слезами и мечтами.

– Успокойся и веди себя рассудительно. И вообще, чего это у тебя так странно голос изменился?

– У меня? Да ты что? – всполошилась Елена. – Вроде все нормально! Ну разве что охрип немного.

– Вот-вот! С чего бы это?

Повисшая тишина обозначала, что пленнице подсказывают обязательный ответ. В тот же момент Казимир Теодорович привлек взмахом руки внимание Торговца к экрану с координатами. Диагональ упиралась в склад, в подвалах которого производили подпольные медикаменты.