– Один раз мама обронила, что кто-то хотел нашу землю. Ну, типа пара бараков сносится, и огромный комплекс построить можно.

– Построить-то можно, но вряд ли подобные деятели звонили бы вам домой и молчали в трубку. Они действуют по-другому. Обычно расселяют дом, предоставляют людям жилье и уже забирают их дом или землю, – пояснил Григорий.

– Много ты знаешь, как они действуют! – покачала головой Яна. – Может быть, тут замешаны не очень честные люди. Я слышала жуткие рассказы о «черных» риэлторах.

В этот момент снова раздался телефонный звонок. Анна охнула в голос, закрыв рот ладошкой.

Яна подпрыгнула на месте и схватила трубку:

– Да? Я слушаю вас. Алло? Кто это? Может быть, хватит? Что за молчание?

Гриша выхватил у нее трубку и громко спросил:

– Что тебе нужно?! Зачем ты терроризируешь двух беззащитных женщин? Тебе слабо поговорить со мной, подонок?!

Он гневно метнул трубку на место.

– Ну что? – спросили девушки.

– Разъединился.

– Может быть, теперь отстанет? Все-таки услышал мужской голос, понял, что мы тут не одни, – с надеждой в голосе сказала Анна.

– Или он, наоборот, разозлится, что с ним так жестко говорили, – задумалась Цветкова, мешая ложкой чай, хоть там не было ни одного кусочка сахара. Да и вообще она не пила чай.

– Я так рада, что сейчас не одна. Я даже не верю, что у меня в гостях такие люди. – Аня пребывала в состоянии эйфории.

– Да мы обычные люди! – отмахнулась Яна. – А иногда с нашим появлением у других людей даже начинались неприятности. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не в этот раз! А Гриша – сама ходячая неприятность.

– Не утрируй. Но мы постараемся помочь, – откликнулся он и посмотрел на часы.

– Вы уходите? – выдохнула Аня, и столько в этом было отчаяния и ужаса, что сердце Яны сжалось.

– Тебе тоже здесь одной не стоит оставаться, пока мама в больнице. Сходила бы куда-нибудь…

– Я не выхожу из дома… Поймите меня правильно. Я не дурочка, но, наверное, что-то во мне есть ненормальное. За годы, проведенные в доме, я психологически замкнулась и…

– И?

– Я совершенно не выхожу на улицу. Я жутко боюсь. Нет, это мягко сказано. От боязни, что я тут же что-то сломаю на лестнице, на улице, в транспорте и испытаю сильную боль, я просто деревенею. Ужас охватывает меня всю с ног до головы, я теряю сознание, а от этого я точно падаю… В общем, я не хочу вас грузить, просто поверьте мне, я не могу…

– Но ты ведь даже и не пробовала выходить? – предположила Яна и поняла, что попала в самую точку. Потому что девушка покраснела и стала нервно теребить кусок хлеба.

– Анна, а какие высшие образования вы получили? – спросил Гриша.

– История, литературная критика, перевод…

– У вас должен быть компьютер, ведь вы все материалы брали из Интернета?

– Так и было. Вузы коммерческие, я и сессию сдавала по Интернету. За учебу в первом вузе платила мама. Спасибо ей. Без нее я бы не выжила. Ее забота не имела границ. А во второй вуз я уже и поступила сама, и оплачивала сама. Я работаю на дому – статьи, переводы…

– Ты очень хорошо общаешься и с живыми людьми, несмотря на замкнутый образ жизни, – сказал Гриша, допивая чашку чая.

– Я общаюсь через Интернет и много читаю.

«И поэтому даже при разговоре с нами все время шевелишь пальцами. То сахар перекладываешь, то хлеб щиплешь. Словно стучишь по клавишам. Такая уже психологическая привязка, чтобы речь шла ровно», – отметила Яна, сама себе ставя пятерку за наблюдательность.

– Человек должен общаться, – кивнул Гриша. – А сейчас о твоей попытке выйти из дома… Хотя… стоп! Я сделаю один звонок в одно засекреченное место одному засекреченному парню. Скажи мне, Аня, свой домашний телефон. – Выслушав ответ, он достал мобильник. – Серега?.. Привет. Просьба очень большая и очень срочная. На один номер… Да, домашний. Все время кто-то звонит и молчит… В течение последнего времени. Да, возьми пару недель… Что?.. Нет, в милицию не обращались, не бизнесмены и не известные люди… Угроз фактически не было… Нет, замкнутая семья. Девушка-инвалид из дома не выходит. Разговоры, то есть молчание с одной стороны и безответное «алло!» с другой стороны, длятся секунд двадцать… Да, именно… Мы, то есть я, сейчас здесь, и нам как можно скорее нужен хоть какой-то ответ… Все! Пока!

Яна, затаив дыхание и открыв рот, слушала его.

– А ты – гений! Мы узнаем, откуда сюда звонят, поедем туда и пригрозим сроком за хулиганство. А то и просто морду набьем. Так ведь, Гриша?

– Это всегда пожалуйста, – растерянно ответил Григорий и посмотрел на свой брошенный у стены пакет. – Вот ведь, черт…

– Что случилось? – Аня старалась улавливать каждый нюанс в настроении своих дорогих гостей.

– Я тут кое о чем… Оно испортится, а мне еще работать. Могу я свой пакет положить в холодильник?

– О нет! – закатила глаза Яна.

– О да! Конечно! Там продукты? – Аня легко соскользнула с табуретки и бросилась к пакетам Григория.

– Можно и так сказать, – сделал строгие глаза для Яны патологоанатом.

Анна взяла пакет, оттуда последовал непроизвольный выхлоп воздуха, и девушка замерла на месте, слегка покачиваясь.

Яна хотела было подбежать и поддержать ее, на всякий случай, но Анна устояла, а по кухне распространилось такое амбре, что Яна порадовалась своему пустому желудку, а то бы ее вывернуло.