– Обойдемся без визора.– Роджер наклонился и осторожно поднял одну из оставшихся от куста веток. Факел из нее был так себе, ветка больше тлела, чем полыхала.– Я иду впереди, Фрэнк за мной, остальные ждут нашего сигнала.

– Кэп, а давай лучше…– начал Винни, но Сакаи поднял над головой ветку, вытащил из кобуры бластер и решительно шагнул навстречу неизвестности.

Неизвестность выглядела странно: овальная труба, то сужавшаяся, то расширявшаяся, с красно-синими прожилками в облицовке. На дело рук человеческих она походила весьма отдаленно, скорее – на кишку громадного зверя. Сходство дополнялось чавканьем под ногами и запахом – уже не затхлости, а откровенного гнилья.

– Что-то мне здесь не нравится,– пискнул из-за капитанской спины навигатор.– Какое-то оно все…– Хакер замялся, пытаясь облечь впечатление в слова.– Чужое. Может, лучше запихнем сюда робота с камерой?

– Фрэнк, это просто какая-то техническая труба,– попытался успокоить его Сакаи.– Раз ты не смог открыть нормальный ход, надо идти хотя бы по этому.

– А если мы свалимся в биореактор или мусоросжигатель?

– А ты смотри под ноги! – Роджер глянул на догорающий факел и ускорил шаг, но почти сразу уперся в развилку. «Кишка» растраивалась, причем в вертикальной плоскости и без малейшего намека на лестницу.

– Капитан, давайте все-таки вернемся, пока не поздно! – вновь заныл навигатор.

– Замолкни! – цыкнул капитан и замер, вслушиваясь в покатившееся по нижнему тоннелю эхо. Отзвук показался Роджеру перспективным, к тому же в глубине как будто виднелось слабое сияние.

Эта «труба» оказалась еще хуже предыдущей, то и дело сужаясь так, что разведчики сгибались в три погибели. Вдобавок она вела то вверх, то вниз, и тогда приходилось упираться в стены, чтобы не поскользнуться на хлюпающей жиже, местами доходящей до щиколотки.

Но все когда-нибудь заканчивается [50] , и пираты вывалились в большой зал, напоминающий корабельную рубку из кошмара импрессиониста. Расположенные вдоль стен пульты были круглыми, овальными, изгибающимися – словно дизайнеру под страхом смерти запретили использовать прямые линии. И все это было давно и безнадежно заброшено. Сияние, привлекшее внимание Роджера, источали разросшиеся на потолке грибные колонии. На пультах и креслах пушились игольчатые кустики, пол затянуло мхом, под которым что-то активно шебуршало.

– Куда это мы попали? – брезгливо огляделся Фрэнк.

– Уж точно не на базу Альянса.– Роджеру зверски хотелось разрядить по пультоклумбе батарею бластера или хотя бы вволю попинать ее ногами. Слишком уж резким оказался переход от радости к разочарованию.– Это всего лишь корабль каких-то инопланетян. Должно быть, разбился здесь давным-давно.

– Так, может, он больших денег стоит? – оживился навигатор.– Историческая реликвия и все такое.

– Эта развалина?! – Роджер топнул, вызвав всплеск подмхового шебуршания.– Фрэнк, на галактических свалках полным-полно древних кораблей, найденных в космосе и потому сохранившихся куда лучше. А этот даже на металлолом нет смысла тащить, не окупится.

– Жаль,– вздохнул Фрэнк, успевший вообразить себя великим космическим археологом.– Кэп, а может, все-таки пошарим по нему? Вдруг найдется что интересное? Сувенирчик для Джилл какой-нибудь…

– Хочешь – иди, помародерствуй,– безразлично бросил капитан, направляясь к выходу.– А у меня есть дела поважнее, чем копаться в столетнем гнилье.

Как он и думал, решимости Фрэнку хватило всего на полминуты – насупившийся итальянец догнал капитана на полпути к выходу.

– Ну что ж, бывает, ошибочка вышла! – выслушав их рассказ, подытожил Винни, не выказывая, как он тоже разочарован.– Ищем дальше?

– Да,– кивнул Сакаи, стараясь не смотреть на несчастное личико Джилл.– Отвези ребят обратно на корабль и возвращайся. Ничего, рано или поздно мы найдем эту чертову базу!

«Если она здесь вообще есть»,– мысленно закончил он.

После двух дней наблюдения выяснилось, что за сутки Дэн съедает всего полторы банки сгущенки, причем из нее попутно черпают все кому не лень, благо в середке ложка торчит.

– А ну поставь на место! – рявкнул капитан на Теда, застигнутого за этим преступлением.

– А вам жалко? – изумился пилот, от неожиданности уронив недооблизанную ложку на пол. До сих пор Станислав Федотович явно недолюбливал рыжего, а тут вдруг такая трепетная забота, сгущенку в его отсутствие охраняет!

– Мне одного сахаромана на борту хватает, не хватало еще, чтобы ты на эту дрянь подсел!

Теодор вконец растерялся. В бурной биографии пилота случалось всякое: его попрекали и курением, и выпивкой, и даже «травкой». Но чтобы сгущенкой?!

– А у меня, может, от сладкого мозги включаются! – нахально заявил он.