— Ты вонючка Гэрретт? — спросил его Джетер.

Он не заметил, что поднявшийся мужчина слегка наклонился вперед, что-то ища рукой в заднем кармане брюк.

Джетер снова спросил, взмахнув дробовиком:

— Ты Гэрретт Морленд?

Гангстер выхватил полуавтомат и сделал четыре выстрела, держа оружие перед собой. Плащ Джетера заплясал, потом он шагнул назад, повернул дробовик и выстрелил над головой Гэрретта. На груди у гангстера расплылось красное пятно, и он рухнул на пол через стул.

Джетер терпеливо спрятал дробовик в карман плаща и достал стальной полуавтомат 45-го калибра. Он выстрелил смуглому парню в шею, прежде чем тот успел нашарить пистолет, который перелетел через стол и упал на грязный ковер.

— Убирайтесь отсюда, девчонки, — приказал Джетер. — У меня дело к молодому мистеру Морленду.

Блондинка побежала к двери, продолжая кричать и прижимать руки к щекам. Случайно наши взгляды встретились, и я подумал, сможет ли она опознать меня впоследствии.

Джетер едва шагнул в сторону, как девушка с волосами торчком выхватила пистолет и трижды нажала на спуск. Издав дикий рев, Джетер сделал несколько шагов влево и свалился на танцпол.

— Черт возьми! — рявкнул он, казалось больше сердясь на себя, чем на девушку. Перекатившись на живот, он уложил ее тремя выстрелами из полуавтомата.

Словно медведь, Джетер поднялся на четвереньки, а потом встал на ноги. Второй гангстер, которого он подстрелил, все еще сидел на стуле, прижимая руку к шее. Артериальная кровь сочилась у него между пальцев. Джетер приковылял к нему и приставил дуло полуавтомата к его лбу.

— Поставьте свое дурацкое имя на этих бумагах, — произнес он со своим нелепым мексиканским акцентом, — или вы умрете, сеньор!

Я подошел к Джетеру сквозь пороховой дым и положил ему руку на плечо. На полу валялись стреляные гильзы.

— Это не он, — сказал я.

— Ваша подпись или ваши мозги, сеньор! — Джетер сильнее прижал оружие ко лбу гангстера.

— Джетер, это не он! — крикнул я. — Гэрретт выбежал через заднюю дверь, пока вы лежали на полу. — Я был уверен, что Гэрретт меня не заметил.

Джетер задумался. Я видел, как кровь струится на пол из его ран под плащом.

— Для меня они все на одно лицо, — усмехнулся он и нажал на спуск. Гангстер упал на спину с широко открытыми глазами и дымящейся раной во лбу.

Джетер стоял, пошатываясь и пряча в кобуру полуавтомат. Его лицо было бледным, глаза пожелтели.

— Кажется, я здорово напортачил, — сказал он.

Я кивнул.

— Мне следовало играть по-другому, — пожаловался Джетер. — Никогда бы не подумал, что у этой девчонки может быть оружие. Что за паршивое местечко!

Я не знал, что делать. Попытаться усадить его в джип, отвезти в больницу и оставить там? Ждать, когда появится полиция? Сирен не было слышно.

— Я не хочу умирать здесь, — продолжал Джетер. — Я хочу умереть в Монтане, а не в Денвере. Не в этой вонючей дыре с этими говнюками.

Он попробовал шагнуть к двери, но ноги отказывались ему повиноваться. Кровь лилась из-под плаща на пол.

— Меня подстрелили, — произнес он слабым голосом. — Что-то теплое выливается из меня. Мне холодно. Помоги мне, Джек.

— Куда вы хотите ехать?

— В Монтану.

— Мы не сможем…

— Я слышу, как Коуди говорит со мной у меня в голове, — внезапно сказал Джетер. — Но не могу разобрать слов.

— Коуди?

— Да, я слышу его.

Я вспомнил, что все еще держу свой мобильник. Посмотрев на него, я увидел, что номер, который я набрал, соединился пять минут назад.

Я поднес телефон ко рту.

— Коуди?

— Джек, с тобой все в порядке? Я слышал только выстрелы.

— Я в порядке, но твой дядя Джетер…

— Понял. Еду сюда. Продержись еще пять минут. — Он отключил связь.

Джетер двинулся к стойке.

— Посмотри, Джек, не сможешь ли ты найти другую музыку на этом стерео. Найди доброе старое кантри, под которое легко умирать. Хэнк Сноу, Маленький Джимми Диккенс, Хэнк Уильямс, Боб Уиллс — что-нибудь хорошее. Не выношу дерьмо, которое здесь играют.

С этими словами он рухнул, как подрубленное дерево. Голова так сильно стукнулась о танцпол, что один этот удар мог бы убить его.

Я стоял, прислонившись к стойке, когда вошел Коуди. Я отключил наружное освещение, оставив только скрытый свет над столом, так что клуб «Аппалуза» казался закрытым и посетители не стали бы входить. У меня снова появилось ощущение, как будто я нахожусь где-то в другом месте.

Коуди натянул пару резиновых перчаток.

— Помоги мне перетащить его в мой багажник, — сказал он. — Если оставить его здесь, копы постепенно выйдут на меня.