— Вы их имели в виду? — подошёл он к подвернувшейся лавочке.

— Да.

— Пусть будут они. Что-то я устал и проголодался.

«Отлично, — обрадовалась она, — уйдёт в ресторан и отель. Я свободна».

Но генеральный не отпустил. У выхода Люда запротестовала, отказавшись следовать за ним. Раз накрылась работа, у неё появились свои планы. «Чего она должна сверлить глазами его спину. Соляные копи прелестны, но она, воспользовавшись случаем, хотела бы побывать в другом месте».

— В чём дело? — ощетинился он.

— Я хочу сходить в одно место.

— Зачем? Не забывайтесь вы на работе.

— Но мне надо. И, как выяснилось, к работе я опоздала…

— Я, твоя работа, понятно? — рявкнул он. — Ты должна быть всё время у меня под рукой.

— Что такое? — вспыхнула она.

— Рынок? — враз покладисто спросил он.

— Нет.

— Тогда перекусим и пойдём вместе. Я тоже посмотреть хочу то, что вам интересно. Вы всё-таки в командировке.

— Не надо мне напоминать. Пусть будет по-вашему.

— Вот и отлично.

Она так злилась на него, что не заметила болтанки и плутания между «ты» и «вы». Буркнув:

— Хозяин барин, — она поплелась за ним.

После ресторана, он пытался было уговорить её пойти отдохнуть в гостиницу и отказаться от идеи, куда бы то ни было идти. Но Люда предлагая ему так и поступить, как хочется, и в тайне надеясь на это, от своих планов отказываться не собиралась. Но она ещё раз убедилась, что генеральному упрямства не занимать и, он с непонятным упорством потащился за ней. Хотя она видела, как ему хочется отдохнуть. «Неужели ему нечем заняться? — удивлялась она помалкивая. Но в то же время, мстительно думая себе. — Пусть таскается, надоест отстанет». Ноги понесли к живописному Вавельскому холму на берегу красавицы Вислы, королевскому дворцу.

— И что мы тут не видели? — воззрился он на молчаливую Люду.

— Вы не знаю, а мне интересно и потом нельзя же быть таким не справедливым. Во-первых, посмотреть здесь достаточно много чего можно, от гробниц до мебели и гобеленов.

— А во-вторых?

— Я вас с собой не приглашала.

— Понятно. Тогда пошли.

Но долго он ходить молча за ней не мог.

— Так и будем молчать? Поведайте, зачем притопали на эту скалу?

— Ну, хорошо. Только вы опять скажете сказки…

— Лучше сказки слушать, чем молчать.

Этот город назван в честь князя Крака. Здесь он жил и было у него два сына и младшая дочка. Он хорошо правил. Польское панство было довольно. Но пришло время, и он умер. Княжий трон занял, как и завещал отец, старший сын тоже Крак. Но власть мутит умы, и на охоте младший брат Лех убил его. Сел сам на трон и начал править. Но поляки прознали про братоубийства и выгнали его. Тогда освободившееся место заняла Ванда их сестра. После своих братьев села она на трон княгинею Польского панства. Правила получше мужчин. Очень красива была. Слух о такой женщине далеко шагнул. Много чужеземцев из разных краёв приезжало свататься, только она не захотела замуж. По любви не могла, а на лишь бы кого власть менять не захотела. Но у мужиков обида вылезает войной. Так немецкий князь Ритагор двинул против Польского панства войска. Ванда собрала свои, предпочитая защищаться, но не уступить.

— Ну и как, удачно?

— Да. Она разбила Ритогора, а тот от стыда закололся мечом.

— Это ему железный шлём наверняка голову повредил…

— Вы смеётесь надо мной, и я не буду рассказывать.

— С чего это?! Куда мы, вообще-то, идём? — остановился он осматриваясь. Вы своими россказнями голову мне заморочили.

— К месту, где она утопилась…

Он встал как вкопанный и закрутил головой.

— Что? Как утопилась?

— Сама. Чтоб из-за неё земле польской урона больше не было.

— Тебя почему-то притягивают страшные сказки. Наверняка в детстве «Сказка о соловье разбойнике» была твоей настольной книгой… Куда не сунешься непременно страшные истории притягивают.

Туман плёл сети и кружил голову. Она не видела ничего кроме, как себя с распущенными волосами несущуюся в воду. «Дело не в земле и не в войне, а в нём. Мужчины слабее. Он взял и женился. Захотел, как у всех: семьи, детишек. Так зачем жить».

— Стой, куда? — догнал он её у самой кромки воды, крепко прижав к себе. — Тихо, тихо.

Подняв обмякшее тело на руки, отнёс на лужок. Когда она открыла глаза, то по небу плыли рыхлые, двухэтажные, наползая друг на друга облака. Люда поняла, что лежит на чьих-то руках. Развернувшись, встретилась с обеспокоенным взглядом босса.

— Уф! Вы меня, голубушка, до полусмерти напугали.

— Что со мной было?

— Переутомление похоже. Я говорил нечего шастать. Сознание потеряли.

— Извините. Сейчас всё пройдёт. Что мы тут делали?

— Гуляли.

— Мы о чём-то говорили…