– Сын мой, не рискуй ты так, ненароком выпустишь дьявола, с которым не совладаешь. Собери их все, отнеси на ригу, а я, как только смогу пришлю монахов отвезти их туда, где они вреда принести не смогут.

– Конечно, святой отец, я все исполню, как вы велите.

Императорский двор, после долгого путешествия, казался непрекращающимся карнавалом, посреди будничной жизни.

Показав указ Папы Павла III о создании нового ордена и назначения его новым магистром, Лойола без труда добился аудиенции с императором.

Когда придворные вышли, оставив их одних, в зале приемов Лойола, откинув капюшон, и взглянул на Карла.

– Вы? Этого не может быть. Но ведь это не совместимо, вы и духовный сан. Как такое могло стать.

– В жизни порой случается неожиданные повороты. Господу же было угодно, что бы я служил ему в этой роли. Но скажите, император, могу я вспомнить о давних обещаниях.

Это случилось четверть века назад. Однако, воспоминания о случившимся были живы в обоих так, словно это произошло вчера.

Небольшой отряд, под командованием капитана Лойолы сопровождал Карла во время его встреч с королями Арагонии и Кастилии. Раздираемые внутренними противоречиями, находясь под постоянной угрозой аннексии со стороны Португалии и Франции. Испытавшие необходимость окончательного наведения порядка в недавно освобожденной от мавров Гранаде, они предпочли формально войти в империю Габсбургов отстоявшую от них настолько далеко, что ее влияние не могло ни сказаться на их укладе жизни ни внести в нее, ни каких изменений.

Обсуждение условий вхождения в империю было решено провести во время тайных сепаратных встреч. По пожеланию Карла, встречи эти должны были пройти во владениях Арагонского и Кастильского королей. Сопровождать императора, было доверено молодому капитану Лойоле с его отрядом.

Лойола, выросший в Гранаде, во времена ее освобождения от мавров, особенно остро ощущал необходимость централизации власти. Ему казалось, что только так можно добиться мирной жизни в провинциях и что присоединение возродит к новой жизни Великую Римскую империю.

Хорошо вооруженный отряд уже одним своим видом обеспечивал безопасность путешественникам и отгонял грабителей. И все же им не удалось побыть декоративным сопровождением.

Кусты с треском раздвинулись, и на дорогу ринулась толпа, плохо одетых и чем попало вооруженных грабителей. Одуревшие от своего численного превосходства они не остановились и после залпа из мушкетов, буквально снесших первый ряд, и бросились колотить ноги лошадей и всадников своими деревянными дубинами. При этом они ужасно громко орали, то ли пытаясь запугать противника, то ли подбадривали самих себя. Но бестолковость вожаков не позволила организовать нападение эффективно и атакующие мешали друг дружке, попадали друг другу под удар. Когда жертвы не дрогнули, а начали хладнокровно резать своих противников, как скот на войне, дрогнули и побежали, побросав свои дубины.

Лойола остановил своих солдат, сгоряча готовых броситься преследовать противника и вдруг заметил, что с отрядом нет Карла.

Пришпорив коня, он поскакал по дороге в обратную сторону. С дороги, он заметил поляну и кого-то на ней. Не раздумывая, он направил туда лошадь и, буквально, вылетел на поляну.

Карл стоял на коленях перед вооруженным зазубренным кухонным ножом бородачом. Меч, подвешенный на его поясе, так и не извлеченный из ножен упирался в землю и мешал Карлу сохранить равновесие. Лицо его было бледно от ужаса перед этим плохо одетым громилой с перекошенным лицом. Карл, что-то говорил по-немецки, и бандит не понимая ни слова, все же на какое-то мгновение задумался, пытаясь вслушаться.

Лойола не раздумывал и мгновенья. Направив коня через поляну, он одним движением сабли, буквально, снес голову бандита.

Отрубленная голова полетела в Карла, которого вдобавок к этому обрызгало кровью. Нервы Карла не выдержали, и он рухнул без чувств.

– И все же, я скорее ожидал вас увидеть в генеральском мундире, чем в сутане.

– Ну, если вы об этом, то я уже настолько привык к этому одеянию, что другое просто перестал замечать вовсе. Как никак почти двадцать лет я ее ношу. А что касается должности, то вы же сами читали указ Папы, так вот можно сказать, что генералом я все же стал.

– Этого вы могли добиться гораздо быстрее, а сегодня быть не только генералом, но и маршалом. Согласись, вы тогда последовать за мной.

«Возможно, и стал бы», – подумал Лойола, – «Но гораздо вероятней я был бы покойником».

Тогда он четырежды приводил Карла в себя. Тот едва приди в себя, тут же лишался чувств вновь. Затем им пришлось искать ручей, потому что хотя солдаты и привычны к сильным запахам и вонь конского и людского пота, запахов крови, да и еще множество других запахов просто не замечают. Но к определенным запахам, распространяемых сейчас Карлом, весьма чувствительны.