Поздно…

Обезображенное лицо помощника Зарилии – тощего Никускаса – смотрело на меня из толпы богов. Даже сквозь страшный ожог, заставивший лицевые мышцы окаменеть, виднелась победоносная улыбка.

Призрак крематория зареял перед моими глазами.

Меня зашвырнули в каморку без окон. Здесь хранили разнообразные метелки, ведра и совки. Пахло моющими средствами и пылью. На прибитом к дверной створке гвозде висел траурного черного цвета потрепанный халат уборщицы. Он выглядел таким унылым, словно бы в нем повесилась его владелица.

– Мужики, – взмолился я, когда полицейские пристегнули меня к батарее центрального отопления. – Не забирайте мозгомпьютер, всеми богами заклинаю.

Юркий хват-подполковник участливо съездил мне по скуле. Я ударился затылком о стену и скривился от боли.

– Любое твое желание для нас – закон. – Второй конвоир, гиеноборотень в звании хват-полковника, отвратно улыбнулся и весьма напомнил своего звериного предка. – Просишь оставить – так оставим.

Магический думатель не отдали. Демонстративно бросили его на пол и растоптали каблуками.

– Может, тебе еще яйца оставить? – хохотнул хват-подполковник. – Вонючий княжеский террорист!

Его товарищ тут же понял намек.

Мне изо всех сил двинули между ног. Я завопил и скорчился на полу. Боль в разодранных запястьях и на грамм не сравнивалась с ЭТИМ…

Охранники разбили магический светильник под потолком – лень выключать или выкручивать. Дверь захлопнулась с зубодробительным грохотом. Зашелестели штифты замка, повеяло мощной охранной магией – меня запечатали.

Наступила спокойная темнота. Обычное человеческое зрение сменилось ночным, звериным. Тонкая полоска золотистого света между полом и дверью отчаянно резанула глаза. По щекам потекли слезы. Клянусь своим хвостом, не от безысходности или боли – от проклятого света!

Какое-то время я приходил в чувство. Поврежденные ткани потихоньку регенерировали. В причинном месте неимоверно жгло.

Цельная картина преступления уже маячила перед глазами, столь же яркая, как и полоска под дверью. Сквозь поволоку боли пробивались воспоминания: залитый кровью Люэн, измазанная красными чернилами предпоследняя запись в его дневнике: «хоть и леди Ж, но дело невыполнимое – окупилось следующим»; пустой разговор двух старушек в парке у Черного озера; мрачный дом некроманта, насквозь провонявший секрецией демонов; стычка с Бримулем и Гописом, магобомба в фитильфургоне-гробу; вечно пьяный Баглентайт, овцоборотни, старьевщик… И ухмыляющееся личико Зарилии-Лейлилеи, чтоб ее бастарками затравили!

Я никогда не интересовался политикой и всякими слухами, касающимися власти. Но мне было знакомо имя, начинающееся на «Ж». Подумать только, если бы вовремя вспомнил ничего не значащую болтовню нянюшек в парке, мог бы сейчас и не находиться в заключении.

Ж – это Жазмилия, жена Дамнтудэса! Это ее имя упоминается в записной книжке Длинного! Старушки у озера сплетничали, что она подозревает мужа в измене и хочет подать на развод. Следовательно, первая леди Валибура обращалась к Мак-Паско за тем, чтобы он поймал Мэра в объятиях любовницы! Как иначе объяснить связь между Зарилией, Люэном и Дамнтудэсом? Версия наверняка безошибочна – семьдесят процентов заказов частных детективов приходятся именно на дела о бракоразводных процессах.

Итак, предположительно, Жазмилия обращается к Длинному. Больше не к кому – только к горькому пьянице. Остальные детективы ни за что не пойдут против городского главы: каждый боится за целость собственных ягодиц.

Люэн, возможно, из-за хронического запоя или по причине глубокого финансового кризиса берется за дело. Он узнает какие-то подробности о жизни Дамнтудэса. Собирается двигаться дальше – желание клиента закон. (Я был уверен, что Длинный не отказал госпоже Жазмилии; в ином случае он бы не внес не начатое дело в свои записки.) Но считает задание невыполнимым, о чем сообщает в секретной книжечке.

И тут на горизонте появляется новая заказчица. Вероятно, платит она больше, да и задача пахнет керосином не настолько, сколь супружеская неверность самого Мэра. Мак-Паско извиняется перед госпожой Жазмилией, мотивируя отказ более выгодным предложением. И все же у него имеется некоторая информация о делишках Дамнтудэса. Уж не потому ли Зарилия обратилась к нему? Чтобы отвести любопытный нос детектива от своего высокопоставленного любовника!

А дальше у меня пока размытое пятно. Из фактов ясно, что Длинный, имевший привычку исследовать личную жизнь своих клиентов, узнает о причастности Зарилии к дому некроманта. Поддельное имя (еще предстоит узнать, зачем девица пользовалась фамилией хват-майора харр Зубарева) не обманывает Люэна.

Вероятно, Длинный озадачен: последнее дело сопряжено с предпоследним заказом. Зарилия харр Зубарева оказывается кем-то из окружения господина Люкзара. Мак-Паско вспоминает, что некая Лейлилея дел-ар Люкзар предположительно является любовницей Дамнтудэса. Даже не предположительно – точно! Несколько минут назад я в этом убедился самолично.

Люэн бесстрашно суется в логово врага. И там встречает шпионов Княжества Хаоса. Между ними завязывается драка – отсюда и пятна крови в жилище некроманта. Каким-то образом Длинному удается выбраться и вернуться домой…