Шрифт:
– Ах, вот о ком ты подумывал! – сказал Антти. Росинки слез показались на глазах Юсси от этого старого воспоминания. Смахнув их рукой, Юсси сказал:
– О ней, о ней я тогда подумывал… А ну-ка, выпьем еще, – прервал он вдруг себя, чтоб не расплакаться. И, выпив, он снова продолжал:
– Кайса Кархутар вышла замуж за Макконена, и люди говорят, что они теперь в Иски живут… пей еще.
И Антти выпил, и Юсси выпил. Вино стало рассеивать грустные мысли о старой любви. И Юсси воскликнул:
– Чертовски красивая девушка была Кархутар!.. А ну, попробуй только махнуть хвостом! – взревел он вдруг, рассердившись на свою кобылу. Ударив ее вожжами, он крикнул:
– Гей! Шибче беги!
– Только не мешай ей хвостом махать – в этом мире хватит места для ее хвоста, – сказал Антти и вдруг тоже гикнул: – Гей, красавица! Давай… Беги…
Лошадь побежала полной рысью. Ехали и по временам молча прикладывались к бутылке. Наконец Юсси хвастливо сказал:
– Пусть мне тысячу марок дадут за эту мою лошадь – и то я не расстанусь с ней… Скачи, дорогая. Давай крой, беги…
Полным ходом неслась теперь кобыла по крутому склону.
– Гей! – кричал Юсси.
– Гей, гей! – вторил ему Антти.
Когда лошадь пошла тише, Юсси стал бахвалиться:
– Ох, и ликовать же будет дочь Хювяринена, когда Юсси Ватанен повезет ее к пастору на этой лошади… Давай обними меня, Ихалайнен… Прижмись ко мне крепче…
– Гей, гей! – подхватил Антти.
Теперь они ехали обнявшись и все порывались петь. Антти спросил:
– Ты пьян?
– Нет…
– Ну, нет так нет… Тогда и я, значит, не пьян… Ге-гей!
– И-и-их! – орал Юсси и вожжами настегивал кобылу.
На дороге повстречался им один знакомый человек – Вилле Хуттунен. Он крикнул, остановив свою лошадь:
– Тпру-у… Эй, Ихалайнен… Ватанен… Куда вы направились?
Лошадь Юсси бежала, не останавливаясь. Хуттунен стал кричать вслед:
– Куда едете?
Помолвки еще не было, болтать об этом не хотелось, и поэтому Антти посоветовал Юсси:
– Скажи, что в Америку. Юсси крикнул:
– Ихалайнен едет в Америку. Я провожаю его… И, обернувшись к Хуттунену, снова крикнул:
– Но, может, и я дерну в Америку, если черт потянет меня!
Хуттунен стал причитать:
– Господи помилуй! Что же это случилось с Антти… В Америку решил ехать… Бросил дом и жену…
Он снова крикнул вслед:
– А где жена твоя, Ихалайнен? Антти сказал Юсси:
– Крикни ему, что я ее к черту бросил… Юсси крикнул:
– Ихалайнен разлюбил свою старую бабу! Он в Америке возьмет себе молодую…
– Кланяйся там в Липери! – крикнул Антти.
Вилле Хуттунен торопливо погнал свою лошадь. Не без радости подумал: «Ну, сейчас мне чашечку кофейку сварит старуха Варне за то, что я первый привезу ей такие новости».
Через некоторое время приятели встретили на дороге знакомого скорняка Кукконена, который ехал закупать овчину. Антти крикнул ему, показав рукой на себя и Юсси:
– Эй! Эти парни едут в Америку… Гони, Ватанен, торопись, а то опоздаем!
Скорняк долго смотрел им вслед. С удивлением думал, чего ради эти зажиточные хозяева поехали в Америку. Приятели поскакали дальше. Антти сказал:
– Неплохая у тебя беговая кобылка. Кажется, она от жеребца Риконена?
– Это его потомство. Гей, скачи, моя милая… Да, зажигательная игра – женитьба! – восторженно воскликнул Юсси.
Теперь лошадь бежала вскачь. Но тут расстегнулся ремень на брюхе лошади, пришлось остановить телегу.
И вот в тот момент, когда Юсси застегивал ремень, на дороге появился портной Тахво Кенонен.
Антти и Юсси с досадой посмотрели на него. Ведь Юсси знал, что Анна-Кайса когда-то была влюблена в портного, и Антти тоже знал, что Тахво был его соперником, когда он сватался к Анне-Лийсе. Тотчас мужчины приняли независимый вид.
Тахво подошел поближе, остановился у телеги и сказал:
– Кого я вижу! Ихалайнен и Ватанен.
– Что-то не помню я – это как будто Тахво Кенонен, – небрежно проговорил Юсси.
Кенонен сказал, что это именно так и что он направляется в Липери.
Тогда Ихалайнен спросил:
– Что, как всегда, пешком тащишься?
Вопрос был едкий, и Кенонен, слегка обидевшись, ответил:
– Напрасно гордишься своими лошадьми, Ихалайнен. Апостол Павел всегда пешком странствовал.
– А что несешь в своем узелочке? – с насмешкой спросил Антти.