До сих пор хвалился только Партанен. Теперь подняла свой нос Кайса. В течение всего сватовства она думала о Юсси Ватанене, к которому еще с молодых лет чувствовала симпатию. Она вспомнила красивые озера Липери, вспомнила, какие там прекрасные скалы, леса, долины. Она подумала о том, какие должны быть великолепные луга у Ватанена, какое множество коров у него и сколько молока. И вот, когда Партанен потребовал дать ответ на его предложение, Кайса надменно спросила его:

– А сколько у вас коров?

– У меня имеется десять коров, из-под брюха которых льется молоко в ведра. Но ежели мне попадется такая хозяйка, которая будет у меня вроде ломовой лошади, такая хозяюшка, которая, не жалея своих костей, напрет на работу так, что дух вон, – вот тогда можно и побольше коров держать! – ответил Партанен и тут же добавил:

– Покойная моя женка была болезненного сорта. Она прямо-таки была помехой в моем хозяйстве.

– Тут нужен крепкий человек, с железными костями, чтоб удержаться в хозяйстве Партанена. Ничего, Кайса, ваша спина выдержит, – сказал Туртиайнен и, помолчав, прибавил:

– Так что колебаться не надо. А Партанен, при всем своем богатстве, возьмет вас на этих трудовых условиях.

Но Кайса колебалась не в отношении работы. Она подумала, что у Ватанена пятнадцать коров, а у Партанена всего лишь десять. И тут, вспомнив о прекрасных пастбищах Ватанена, спросила:

– А какие луга на вашей земле, Партанен?

– Вот луга у меня не такие уж хорошие. Луга у меня каменистые, в клочках. Но если все лето ходить с косой, да так, чтобы жена шла впереди, а муж позади, то сена, пожалуй, хватит и на всю зиму, – ответил Партанен.

Туртиайнен сделал новую попытку приукрасить дело. Он сказал:

– Зато Партанен обычно сам точит косы и для себя и для своей жены. И так остро точит, что даже и по кочкам косить легко. Ничего, бока у вас не заболят, если только вы сами не уморите себя такой круглосуточной работой… А вот косу, Партанен, ты, кажется, обычно сам насаживаешь на рукоятку?

– Обычно я их сам насаживаю, – буркнул Партанен. Туртиайнен воскликнул:

– Вот видите! Партанен сам прикрепляет клинок к рукоятке. И он так крепко привязывает его, что коса срезает даже небольшие кочки. И косарь даже не чувствует этого.

Туртиайнен старался смягчить и приукрасить дело, но Партанен своей прямотой опять все испортил. Он, бахвалясь, сказал Кайсе:

– Скрывать не стану от вас, достанется бокам той бабы, которая захочет косить рядом со мной. Ну, а когда рожь будем жать, то уж тут вдвойне придется вам поднатужиться. После трехсот снопов в день любая баба начинает вечером охать.

Кайса странно покашливала. Туртиайнен прямо-таки не представлял себе, что тут предпринять. В последний раз он сделал попытку выправить дело, сказав:

– Партанен обычно сам вяжет снопы, так что его жене достанется немного дела.

Партанен, уверенный в своей победе, ждал ответа Кайсы. Молчание никем не прерывалось. Кайса чувствовала себя, как в огне. Туртиайнен стал ее поторапливать:

– Ну, если вы, Кайса, не страшитесь такой лютой работы, то в чем же дело? Собирайте свои пожитки, и давайте кашу варить в общем котле.

Кайса с беспокойством посмотрела в окно. Она ждала возвращения Ватанена. Туртиайнен спросил ее:

– Так о чем же вы думаете?

– Глядите, пожалуйста, следы поросенка я не вытерла! – воскликнула Кайса, притворяясь, будто она и не слышала вопроса. И чтобы свернуть разговор на другой путь, она стала тряпкой вытирать пол.

– Да, крепкое хозяйство у Партанена! – сказал Туртиайнен.

Опять долго молчали. Наконец Партанен категорически заявил:

– Мое хозяйство не улучшится от вашего молчания… Давайте приступим к делу – продадим дом, а в ближайшее воскресенье устроим небольшую вечеринку в честь нашей помолвки. Туртиайнен, ты пригласи музыканта, пусть он попиликает нам на скрипке.

Сплюнув на пол, Партанен спросил Кайсу:

– Вы хотите, чтоб я сейчас купил обручальные кольца?

Кайса так закашлялась, что казалось, будто у нее что-то застряло в горле. Встревоженная, она сказала:

– Так першит и душит меня, как будто у меня таракан в глотке сидит…

И чтоб как-то замять дело, она вдруг спросила Партанена:

– А что, в вашем доме есть тараканы? Партанен громогласно сказал:

– Если баб держать в ежовых рукавицах, то насекомые, будьте уверены, не расплодятся… Бабы их сожрут, но уничтожат…