Андрей помолчал немного, побалтывая ложечкой в чашке, тяжело вздохнул, и ровным голосом начал говорить:

– Один умный человек как-то заметил, что человек не просто смертен, а что гораздо хуже - внезапно смертен. А мы живем так, как будто впереди у нас тысяча лет... Недосыпаем, недоедаем, ограничиваем себя во всем... Причем не только в материальном. В общении, в любви, в детях... Все потом... А здесь ведь Зона. Не только 'потом', но и 'завтра' может и не быть....

Хотя и вне Зоны то же самое... Зачем мне вилла на Канарах? Моя жизнь проходит здесь. Здесь мои друзья, здесь мне интересно, в конце концов... Да я уже, наверное, и жить не смогу вне Зоны. Так что я предпочитаю жить здесь, как человек - в свое удовольствие, а не копить деньги на завтра, которое, может быть, и не настанет...

– Убедил, - сказал я, делая маленький глоток горячего чая из фарфоровой чашки. Умеешь ты убедить, когда хочешь.

– А то!
– довольно улыбнулся Андрей. Это мы могём. Да, кстати, а что там у нас с пивом?

– Пиво будет. Дай только от 'лёгкого перекуса' отойти.

– Хорошо. Пойдём - отойдем. Вон, сядем за столик - в шахматы поиграем.

– В обычные, или 'зоновские'?
– уныло спросил я, заранее зная ответ.

– В 'зоновские', конечно.

Я тяжело вздохнул:

– Ну ладно, давай займемся извращениями.

– Почему 'извращениями'?

– Ну, при взятии фигуры бросать кости, какая фигура какую побьет - та, что нападает, или та на которую нападают, - это не извращение?

– Нет, конечно. Вот, допустим, идешь ты по зоне - а навстречу тебе, ещё раз допустим, псевдогигант. Кто сильнее?

– Это смотря как я вооружен.

– Ну ладно, твое оружие позволяет завалить псевдогиганта. Ты решаешь его завалить. Нападаешь. Но... спотыкаешься, предположим...

– Типун тебе на язык!
– Возмутился я. Накаркаешь...

– Да брось ты эти суеверия!

– Ты знаешь, это сидя в городской квартире на мягком диване хорошо рассуждать про тёмных людишек, верящих в приметы. А когда человек каждый день ходит по краю, тут уж он поневоле начнёт обращать внимание на всякие мелочи. И не надо его за это осуждать. Да ты и сам то...

– Ладно, ладно...
– Андрей поднял руки. Сдаюсь. С приметами ты меня уговорил. Но я тебя с шахматами убедил?

– Нет, конечно. Шахматы - логическая игра с чёткими правилами. И засорять её элементами случайности...
– я скривился...

– Ну, посмотри на это с другой стороны. Зато мы определяем уровень везения каждого игрока. Тоже немаловажная информация в Зоне.

– Ты знаешь... Вот лично у меня есть теория, что количество везения, отпущенное конкретному человеку на данный промежуток времени - конечно. И если мне повезет вот в таких 'шахматах', то может не повезти в реальной жизни. Сам подумай, где мне везение нужнее.

– Хорошо, хорошо. Уболтал... Сегодня только ради тебя играем в обычные шахматы.

– Договорились. Так бы всегда, - облегченно вздохнул я.

Из двух сыгранных партий одну я выиграл, а вторую свел вничью. На этом мы решили пока остановиться. Я предложил заняться наконец разгрузкой рюкзака. Андрей согласился. Я забрал рюкзак из своей комнаты, и мы направились в кладовую, расположенную рядом с душевой. В кладовой кирпич, из которого были сложены стены, был натуральным, некрашеным. И чувство, что ты находишься в ужасно древнем месте, не портилось ни наличием полок с продуктами, ни даже двумя холодильниками, установленными у правой стены. Интересно, что же здесь когда-то было? Храм? Княжеский терем? Я снова, как и в подземном ходе, не удержался, и провел пальцами по стене. Что не ускользнуло от внимания Андрея.

– Что, опять в транс впал? От кирпичей тащишься?
– ехидно поинтересовался он.

Я опустил рюкзак на пол, и начал его расстегивать.

– Ну, во-первых, это не кирпич, а плитфа. Через букву 'ф'. Я тебе уже говорил. Во вторых, когда я сюда попал в первый раз, так вообще в шоке был. Все-то привыкли, что в Зоне если и есть подземелья - так это только те, что военные понавыкапывали. А о том, что земля эта древняя, и что тут тысячи лет назад люди жили, как-то все и забыли. Ладно. Процесс разгрузки, как обычно, начинаем с пива?